(Уходит.)
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Перпенна, Серторий.
Серторий.
Я с важной новостью спешу к тебе, Перпенна.
Чрез два часа Помпей здесь будет непременно,
Охране не дал он сопровождать его —
Ему достаточно и слова моего.
Перпенна.
Не странно это мне: людей великих слово
Стократ надежнее заложника любого.
Дивлюсь другому я — что даже сам Помпей,
Великим прозванный в державе римской всей,
На встречу с ним тебя уже не вызывает,
А в стан Сертория смиренно прибывает.
Да, впрямь ты совершил немало славных дел,
Коль спесь так хорошо с сулланцев сбить сумел!
Серторий.
Быть может, нас Помпей и превосходит в силе,
Но здесь, в Испании, его мы потеснили.
Всего одна иль две провинции приют
Его сторонникам пока еще дают,
И не надеется он совладать со мною,
Когда кампанию я вновь начну с весною.
Таких успехов мы добились потому,
Что с армией примкнул ты к войску моему.
Тебе обязан, друг, я всем и это знаю,
Но верь, что вскорости свой долг отдам сполна я.
А что касается Помпея, то могу
Заранее сказать, с чем едет он к врагу.
Коль скоро мы тесним его все неуклонней,
А славу редко вождь стяжает в обороне,
На договор любой со мною он пойдет,
Чтоб завершить скорей испанский свой поход
И тотчас в Рим отбыть, где Сулла, без сомненья,
Повыгодней ему подыщет назначенье:
Понтиец Митридат{159} войну дерзнул начать,
И в Азию Помпей мечтает двинуть рать.
Перпенна.
Я мнил, что лишь затем, чтоб Аристии милой,
С которою его развел диктатор силой,
В последний раз сказать последнее «прости»,
Он войско вызвался в Испанию вести:
Ты здесь убежище несчастной предоставил,
Когда в изгнание тиран ее отправил.
Серторий.
Да, связывала встарь их страстная любовь,
Но чувств былых в жене он не разбудит вновь —
Обида выжгла их, и нужен Аристии
Не кров, что ей помог в Испании найти я,
А новый преданный защитник, друг и муж,
Который бы славней был прежнего к тому ж.
Она ручается, что коль женой мне станет,
На нашу сторону немедля перетянет
Всех римлян истинных, оставшихся в живых,
Равно как всех друзей и родичей своих.
Их письмами она мне подтверждает это.
Прочти посланья — жду я твоего совета,
Есть смысл иль нет ее желаньям уступить.
Перпенна.
Какие тут еще сомненья могут быть?
Коль к ней ты уж совсем не полон отвращеньем
И для тебя потом не станет брак мученьем,
Не брезгуй той, за кем на страх врагам твоим
В приданое дает свою поддержку Рим.
Серторий.
За искренность тебе воздать я попытаюсь,
Открыв тебе, чего хочу и опасаюсь.
Другую я люблю, хотя признаться в том
И не дерзаю ей при возрасте своем,
Но вопреки ему царица Вириата
Такими ж чувствами сама ко мне объята.
Мечтает в брак вступить она со мной давно,
Чтоб этим лузитан и римлян слить в одно:
Мы с ней дадим пример, и свяжут вслед за нами
Другие клятвою себя пред алтарями,
И станут общими у наших двух племен
Кровь в жилах и судьба, оружье и закон.
Вот та заветная, достойная награда,
Что´ получить от нас царице гордой надо
За жертвы и ущерб, которые несет,
Придя на помощь нам, подвластный ей народ.
О замысле своем не говорит царица,
Но столько раз имел я случай убедиться
В ее желанье стать супругою моей,
Что больше отвечать нельзя молчаньем ей.
Итак, опасно брать мне Аристию в жены:
Пробудит это гнев в царице раздраженной,
А племя лузитан, обидясь за нее,
Направит против нас оружие свое,
И мы поплатимся потерями такими,
Каких не возместит вся та поддержка в Риме,
Что с Аристией брак мне принести сулит.
На деле нашу мощь он только умалит.
Вот это мне принять и не дает решенье.
На Аристию я гляжу без отвращенья,
Но и царицею пленен отнюдь не так,
Чтоб для нее пойти на неразумный шаг.