Сурена.
Но чем я заслужил такое недоверье?
Кто обвинит меня в преступном лицемерье
Или подкупности? Властитель! Сколько раз
Успел бы подкупить меня и тот же Красс
И Митридат…
Ород.
К чему о Митридате с Крассом
Опять заводишь речь? Пусть слава зычным гласом
Несет тебе хвалу — я ей велел трубить:
Я должен помнить все, ты ж должен все забыть.
Признательность за трон меня с тобой связала,
Твердить об этом мне, тебе ж молчать пристало.
Я благодарностью свою наполнил грудь,
Я памятлив, но ты назойливым не будь.
Сурена.
К судьбе моей сестры хочу вернуться снова.
Ты мне сказал, что долг — непрочная основа
Для верности. Пусть так! Но ничего прочней
Сестры-владычицы, племянников-царей —
Родства столь близкого — меня с тобой не свяжет.
Тогда уже ничто меж нас двоих не ляжет,
И — в нынешний ли день, в грядущие ль года
Мы будем заодно во всем, везде, всегда.
Ород.
Ты хочешь, чтобы я свое нарушил слово
В канун таких торжеств, когда к ним все готово?
Чтоб друга сделал вновь противником своим
И в нем союзника обрел вторично Рим?
Пусть, зубы сжав, Пакор на это согласится —
Что скажет дочь царя? И царь на что решится?
Сурена.
Не думай о царе — тут я берусь помочь.
Ручаюсь за отца, ручаюсь и за дочь.
Что, кроме горести, ей в этом договоре?
Она царевичу открылась в разговоре,
С какими чувствами ждет завтрашнего дня.
Еще одно скажу, и ты поймешь меня:
Ей мил другой.
Ород.
Кто он?
Сурена.
Назвать не захотела,
Но о любви своей она сказала смело,
Сказала о мечте расторгнуть договор,
Что проклял твой народ, как бремя и позор.
Ород.
Мне у народа ли спросить иль у Сурены,
Чью кровь я вправе влить своим потомкам в вены?
Чтобы решить вопрос иль огласить приказ,
Не до´лжно ль мне просить совета всякий раз?
Что ж, если страсть сильна в царевиче к Пальмире,
Пусть с Эвридикой рвет, не думая о мире:
Получит от меня согласие Пакор,
Потом уже решим, как отвратить раздор.
А ты, проникнутый униженностью странной,
Отвергший наотрез союз с моей Манданой,
Возьми себе жену по вкусу и под стать,
Но бойся повод мне для подозренья дать
В недобрых замыслах. Жду быстрого ответа,
Дабы найти покой и позабыть про это.
Сурена.
Я не решил еще, кого избрать.
Ород.
Реши,
Не то я сам решу. Сурена, поспеши!
Сурена.
Но если, господин, я был бы обесславлен,
Когда б открыл тебе, куда мой взор направлен?
Ород.
Иди и не забудь: любя иль не любя,
Сегодня же реши, с кем свяжешь ты себя.
Тем временем займись царевной Эвридикой.
Внуши, что надлежит и ей, прекрасноликой,
Свою обязанность исполнить без причуд.
Добавь еще, что царь бывает в гневе крут.
Твою сестру сюда я вызвал для дознанья,
С ней общие ль у вас мечты и притязанья.
Сурена уходит.
ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
Ород, Пальмира.
Ород.
Пальмира! Поразил меня сейчас твой брат:
Не только доблестью, он и умом богат;
Признаюсь, от него не ждал такого блеска.
Он дочь мою отверг столь здраво и столь веско,
Что пусть я с ним суров, недружелюбен был,
Но в правоте своей меня он убедил.
Я понял, любит он кого-то, но кого же?
Кто из прелестных дев Сурене всех дороже?
В безмерной щедрости на чей принес алтарь
Союз, которым бы гордиться мог и царь?
Пальмира.
Он холоден ко всем, казалось мне.
Ород.
Напрасно!
Царевна между тем призналась громогласно,
Что кем-то издавна душа ее полна.
Тебе известно — кем, с тобой она дружна.