— Тут надо подумать, — вздохнул директор. — Как бы и впрямь чего не случилось. Придет какая-нибудь комиссия — скажут: что еще за странные такие подарки? Ну, ясно, когда дарят официальные шефы… или когда профсоюзный коллектив кому-то дарит — это понятно. А тут — частное лицо… ведь не поверят!
— Да почему же?! — обиделся Алексей Иваныч. — Почему не поверят?.. Нет, я вижу, вы просто не хотите принять мой подарок. Так бы сразу и сказали.
И он повернулся, пошел к двери.
— Постой, не горячись! — окликнул его директор. — Да постой же, чудак. Не обижайся. Вот чудак, обиделся. Мы же свои люди, не чужие. Чего ты — на своих обижаешься?
Алексей Иваныч молчал.
— И потом — пальмы сейчас не в моде, — вмешался молодой заместитель. — Пальмы, фикусы — это давно устарело. Для современного интерьера характерно совсем другое. Будучи последний раз в московской командировке, я случайно оказался на выставке дизайна… так я вам доложу!..
— Помолчи немножко, — резко остановил его директор. — Потом расскажешь.
Директор смотрел на Алексея Иваныча — ему было жаль старого человека. И он решил рискнуть — принять подарок от частного лица.
— Ладно, тащи свою пальму, — сказал директор, подходя к Алексею Иванычу и обнимая его за плечи. — Не обижайся, Леша. Мы с тобой тридцать лет вместе штаны протирали в этой конторе… не будем из-за пальмы ссориться. Договорились?
Алексей Иваныч неуверенно улыбнулся.
— Так когда ты ее притащишь, свое зеленое чудо? — спросил директор.
— Ее на руках не притащишь, — тихо сказал Алексей Иваныч. — Машина нужна.
— Ну, вот, — фыркнул заместитель. — То одно, то другое. Уже машина нужна. Потом подъемный кран потребуется…
— Молчи ты! — одернул его директор и вновь обратился к Алексею Иванычу: — Машина, говоришь, нужна?.. Так, так. Грузовик, что ли?
— Разумеется. Она в легковую не влезет.
— Ах, черт. Ты ведь знаешь — у меня один «Москвич», и все.
Алексей Иваныч вздохнул.
Директор снова почувствовал раздражение («вот, старый черт, навязался со своей пальмой!..») — но тут же подавил в себе это раздражение профессиональным усилием директорской воли и быстро на-шел выход:
— Значит, сделаем так. Ты, Леша, сам закажешь грузовое такси, сам заплатишь, сам дашь пятерку шоферу, чтоб он помог погрузить… слушай, слушай! А потом, когда дело будет сделано, я с тобой рассчитаюсь. Хорошо?
— Хорошо, — и Алексей Иваныч улыбнулся не очень весело, но и не очень грустно.
— Интересно — как это вы с ним рассчитаетесь? — ехидно заметила главный бухгалтер. — Тут рублей пятнадцать понадобится… а, может, и больше. По какой, интересно, статье вы проведете такие расходы?
Директор побагровел.
— А это уж моя забота, — хрипло, с трудом перебарывая одышку, сказал он. — Мои личные расходы никого не должны интересовать.
Спустя два дня Алексей Иваныч доставил пальму в контору, на грузовом такси. Пальма гордо высилась в кузове, а рядом с ней, на скамеечке, сидел Алексей Иваныч, обеими руками обнимая широкую кадку — бережно, как больную родственницу.
Приехали. Директора на месте не оказалось.
— Минутку, я сейчас, — кивнул Алексей Иваныч шоферу. — Пойду позову кого-нибудь. Надо это сокровище на новое место установить.
— Вообще-то я спешу, — хмуро заметил шофер. — У меня еще три заказа.
— Да я заплачу, — весело сказал Алексей Иваныч. — Не обижу.
И он бросился разыскивать представителей администрации. Нашел заместителя.
— Ах, это вы, — сказал заместитель. — Ну, что?
— Я пальму привез. Куда ставить?
— Вот уж не знаю.
— Разве директор не давал распоряжения? — удивился Алексей Иваныч.
— Директор в командировке, — сказал заместитель. — И вообще, не знаю — что мне с вашим деревом делать…
Алексей Иваныч хотел что-то сказать, рот приоткрыл — но смолчал. Проглотил обиду. «Ладно, не буду с этим щенком связываться, — подумал он. — Я ведь не ему — всему коллективу подарок делаю».
— Куда же, куда… — бормотал заместитель, не глядя на Алексея Иваныча. — Может, здесь — у входной двери поставить? Или — возле гардероба?
— Тут сквозняк, — возразил Алексей Иваныч. — Пальма погибнет. Надо куда-нибудь в теплое место…
— А может, в красный уголок?
— Это будет чудесно! — обрадовался Алексей Иваныч, который с самого начала только и представлял место пальмы в красном уголке, но сам предложить стеснялся. — Вот увидите — как там станет уютно!