Саша смотрела на себя со стороны. Она лежала на ржавом остове кровати и прикрывалась пыльной тряпкой, изъеденной крысами и обглоданной давно потухшими языками пламени. В полу были дыры, а от стен остались пеньки да гнилушки. Вместо крыши над головой висело тёмное звёздное небо, с которого наблюдала молчаливая луна.
Плёнка времени быстро перемотала течение жизни вспять, и вот уже старые стены оказались ровными и гладкими, над умывальником висело чистое зеркало, завершая убранство скромной комнаты для прислуги.
С кровати встала девушка. Но это была уже не Саша. Молодая скромная девушка с серыми волосами, ничем не приметная, простая служанка. Она зажгла свечу и вышла из комнаты, прошла по коридору, спустилась на первый этаж и открыла входную дверь. Внутрь тут же хлынула волна разъярённых людей, они расползлись по внутренностям дома, как раковые клетки. Вскоре они снова стеклись в холле, цепкой хваткой держа хозяев дома.
Со своей добычей вторженцы проникли в зелёную гостиную под лестницей, где перекинули через потолочную балку три тугие верёвки.
«Вздёрнем их!»
«Вздёрнем!»
«Кончай со слугами дьявола!»
«Отомстите за наших мальчиков!»
— Они бы всё равно все умерли. И вы все умрёте! — сокрушил громкие вопли детский голос.
Верёвки затянулись на шеях, оторвав тела от пола, и послышался хруст ломающихся костей.
«Несите факелы!»
«Поджигай!»
Последнее, что видела Саша перед тем, как проснуться, были три пары глаз, уставившихся на неё в ожидании. Три пары глаз, принадлежавших Анне и её родителям, пожираемых огнём.
Саша лежала в холодном поту. Снова было темно. Абсолютно темно, несмотря на то, что она оставила свет включённым. Путы страха сковали все мысли и мышцы. Только страх, только дикий животный ужас от увиденного в жутком сне.
«Мама… мамочка… лучше бы я тебя послушалась…»
Уголки глаз прорезали слёзы, и Саша всем сердцем раскаялась в том, как попрощалась с собственной матерью.
— Не езжай туда, — монотонно сказала мама.
Обычно её недуг вызывал у Саши сочувствие, но в те моменты, когда она пыталась поучать, приводил в ярость.
— Сашенька, останься.
— Мама, хватит! — взорвалась дочь.
Она который день выслушивала мамины бредни о её нелепых предчувствиях по поводу предстоящей работы. Из-за расстройства речи, возникшего вследствие глухоты, слушать это было невозможно — заевшая пластинка, повторяющая фразы в одном ритме. Фразы, содержащие в себе чушь вселенского масштаба.
Саша схватила чемодан, побросала в него вещи, попутно ругая мать последними словами, и бросилась прочь из дома в свою старую развалюху.
С тех пор прошло трое суток, и теперь Саша мечтала, чтобы жизнь с такой же лёгкостью, как сон, отмотала время назад, в тот самый момент, когда мама в последний раз просила дочку остаться. И тогда бы Саша послушалась её, она бы обняла свою родную мамочку и ни за что, ни за какие деньги не поехала бы на край света присматривать за странной Анной с водянистыми глазами.
Ночь тянулась долго, будто целую вечность. Саша лежала, бессонно таращась в темноту. Казалось, из неё вот-вот кто-то выскочит, и что света больше не будет, что тьма поглотила весь мир и время. Что это конец.
«Тьма — это не просто отсутствие света. Это то, что может заставить его погаснуть».
— Александра, вставайте.
Саша вскрикнула от испуга.
Вместе с голосом домработницы из холла появился свет, затем по щелчку выключателя зажглись и лампы в комнате.
Сердце билось о рёбра в бешеной скачке, и Саша глотала ртом воздух, чтобы восстановить дыхание.
Когда она вновь посмотрела на дверь, там уже никого не было. Она потихонечку выглянула в коридор — тоже пусто. Быстро, по-солдатски, Саша натянула первую попавшуюся одежду и выскользнула из комнаты. Она прокралась в противоположную сторону холла, надеясь, что там есть другая лестница, которая выведет её к чёрному ходу, чтобы можно было ускользнуть незамеченной. В конце коридора действительно была ещё одна лестница, и Саша почувствовала облегчение. Она стала спускаться по деревянным ступеням. Вот уже второй этаж, и снова спуск, такой же неприметный. Он вывел в длинное помещение, пожранное вязким сумраком. Лишь издалека лился неровный свет.
Саша сделала несколько шагов в его направлении, но тут же отпрянула. В просвете показалась сушёная фигура. Ждать, что последует дальше, беглянка не стала, она шмыгнула в первую попавшуюся дверь и прижалась к ней спиной изнутри, надеясь, что её не заметили.
Здесь было совершенно темно, хоть глаз выколи. Возвращаться было опасно, поэтому Саша принялась ощупывать стену в поисках выключателя.