В ту же ночь Ева заметила темную фигуру, стоящую возле их забора. Она выглянула в окно, чтобы покурить и не пускать дым в комнату, потому что Студент не любил, когда все прокурено. Он растянулся на кровати, поглаживая свой пресс, довольный только что совершенным с Евой актом, который она скромно обозначала как шпили-вили, боясь называть вещи своими именами.
— Смотри, — Ева встала так, чтобы ее не было видно с улицы. Она стояла совершенно нагая, и человек под окнами однозначно сумел разглядеть ее до того, как она его заметила, — там кто-то есть.
— Медведь, — рыкнул Дёма, потешаясь над подругой.
— Я серьезно, — зашептала она, прижимаясь к стене.
— Не дыми в комнате, — недовольно бросил Студент, чувствуя, как помещение наполняется характерным запахом.
— Я тебе говорю, что под окнами кто-то есть, а ты волнуешься о какой-то ерунде, — возмутилась девушка.
— О! Там кто-то есть, — стал передразнивать ее тот, — какой ужас! Это так страшно и важно, что теперь надо прокурить весь дом. Ну, даже если и стоит там кто-то, что с того? — он заботливо пригладил торчащие волоски на яйцах.
— Это Леший, — шикнула Ева.
Дёма покатился со смеху, тут же позабыв о своих яйцах от услышанного:
— Ну, ты и дурында, — он встал, подошёл к ней вплотную и ласково прижал к себе.
— Леший, про которого рассказывала баба Клава, из дома на отшибе, — Ева отстранилась.
— Да ну его к лешему, — Дёма снова протянул к ней руки. — Ты лучше посмотри сюда, — и показал взглядом на область паха — стоит повторить шпили-вили. — М?
— Идиот, — Ева нахмурилась, но тут же расплылась в улыбке, потом вспомнила о мужчине за окном и вернулась к незаконченной теме: — Он все еще там, — она глянула на улицу.
— Тем хуже для него, — Дёма ехидно прищурился. — Пусть завидует.
Он посадил Еву на подоконник, поглаживая ее упругие ягодицы, отчетливо видные с улицы. Затем впился в шею, глядя в упор на незваного гостя, будто обозначал свою территорию и говорил: «Это мое! Завидно? Она моя!».
В самый разгар этого животрепещущего действа оба так увлеклись, что позабыли, что за ними наблюдают, и были очень удивлены, услышав странный рык. Ева с Дёмой остановились и тут же глянули туда, где видели Лешего. Он стоял с задранной рубахой и спущенными штанами и стряхивал сперму. Обмазал испачканные руки об забор и листву яблони, натянул все обратно и стал удаляться. Ребята были столь шокированы, что у них вылетело из головы, что сами они тоже были заняты делом.
— Ого, — выдавил Студент растеряно.
— Фу… — в ужасе протянула Ева. — Что-то мне уже не хочется, честно говоря…
— Мне тоже, — Демьян сглотнул, опуская е на пол. — И яблоки я тоже есть долго не буду…
Вскоре по деревне поползли слухи о том, что Леший перестал быть столь безобидным, как раньше. Теперь он не просто молча шатался по лесу и округе. Когда ребята в очередной раз пришли за молоком, баба Клава нажаловалась им, что тот пытался залезть ей под юбку, но она прогнала его дубиной.
Это был последний разговор с бабой Клавой. Днем позже ее тело было найдено в сарае. Она оказалась раздета и окроплена спермой. Шея у нее была сломана, а неподалеку валялись окровавленные вилы. Открытых ран на ней не обнаружилось, из чего можно было сделать вывод, что кровь на вилах вовсе не ее. Что она смогла ранить нападавшего, но тот в итоге оказался проворнее.
Ребята мигом помчались к машине, чтобы сообщить в органы. Ара прыгнул за руль и помчал всех по проселочной дороге.
— АААААА!!! — завопила Света, усевшаяся рядом на переднее сиденье. Она машинально бросилась на руль, увидев на дороге внезапно выскочившего голого мужика. Автомобиль съехал в кювет и застрял в придорожном болотце. Когда ребята выбрались из машины, мужика уже и след простыл, остались только темные капли, впитавшиеся в дорожную пыль.