Я аж зубами скрипнула. Мда, не быть нам подругами.
По внутренней связи вызвал Виктор Петрович, избавив от дальнейшего продолжения разговора с Катей.
Показал мне контракт, который прислали партнёры. Сказал, чтобы я его изучила и выписала пункты, с которыми не согласна. Ещё, разрешил просмотреть судебные дела, которые велись за последний год. Они стоят в его кабинете.
- только закончи с этим, а потом можешь к искам перейти.
- спасибо вам большое, Виктор Петрович, - сердечно благодарю.
- ну все, иди, и Катерине скажи, пусть наберёт контракт на компьютере.
Я вышла с кабинета, передала копию контракта и мы принялись за работу. Спустя где-то пол часа Виктор Петрович вышел с кабинета и пошел по коридору.
Вчитываюсь внимательно, не пропуская ни одной детали. Не обращаю ни на что внимания. Люди все время ходят туда-сюда. Отключаюсь от происходящего.
Катя меня локтем в бок толкает. Поднимаю глаза, Артём. Сердце один удар пропускает. Как же он хорош, в костюме, с белой рубашкой. Катерина со стула соскакивает. Кофе предлагает. Артём соглашается, идёт кофе делать. А тот взглядом ее провожает, и Катя рада стараться, бедрами виляет. Во мне что-то темное просыпается, хочется кинуть в него чем-то тяжёлым.
- нравится? - спрашиваю.
Артём смотрит на меня, щурится.
- подожди до завтра, я тебе покажу кто мне нравится и каким способом.
Немного успокаиваюсь, рисуя в воображении нашу встречу.
- Даша, у тебя зрение плохое?
- нет, сто процентное, - отвечаю
- а очки зачем?
- как зачем?!! - для солидности. Нам на курсе психологии говорили, что если в первый рабочий день тебя не воспримут всерьез, то всё, можно сразу искать другое место работы.
Мне кажется или ему весело?
- как тебе тут?
- лучше быть не может! Я в восторге, здесь..., - не успеваю договорить.
Катерина несёт кофе, подаёт Артёму, наклоняясь ниже чем нужно. Я вижу полоску чулков!
Заходит Виктор Петрович.
- о, Артём Викторович, сколько лет, сколько зим! - обращается к Артёму.
- вместо этого недоразумения, которое висит там, где должен быть галстук, лучше кофе нормальный купи, - отвечает ему в такой же шутливой манере.
Катя громко начала смеяться, чем заставила меня вздрогнуть от неожиданности, а мужчин повернуться к ней.
Боссы скрываются за дверью кабинета Виктора Павловича.
- ну что, - Катя с довольным лицом поворачивается ко мне, - как он тебе?
- эммм, - что ответить? Не говорить же что он самый лучший в мире мужчина? Задумываюсь. С каких это пор я начала его считать таковым?
- я же говорила! Такой мужчина вряд-ли кого-то оставит равнодушной, - опять вздыхает.
- это точно, - отвечаю
- эй, ты там смотри, губу закатай. Нам тут конкуренция лишняя не нужна, - полу шутливо, полу серьезно говорит, - хотя...., нет шансов ни у кого из нас. Недосягаем он для простых смертных.
Я поникла совсем. За дверь кабинета грохот слышится. Катя глаза круглые делает, мне машет рукой
- бегом, смываемся, - хватает сумочку и выскакивает с рецепшина. Ее испуг передается и мне. Убегаю, в прямом смысле этого слова за Катей следом. У лифтов останавливаемся отдышаться.
- Катя, что там происходит?
- главный разнос устраивает нашему. Выйдет, можем под горячую руку попасть. У нас, кстати, обед. Пошли. - затягивает меня за руку в кабину лифта.
31
Артём
На приеме еле дождался, официальной части. Политики, банкиры, другими словами денежные мешки, ходят с важным видом туда-сюда. Спутниц своих выгуливают. Такие блестящие от бриллиантов, как новогодние ёлки. Пытаются приветливо улыбаться. Каждый преследует свою цель: завести полезные знакомства, выслужиться, собой поторговать. Забыл, есть ещё шлюхи шоу-бизнеса, причем обоих полов. Кажется я лишний на этом празднике....
Подхожу к бару, заказываю виски. Подсаживается блондинка, по виду не понятно, есть восемнадцать или нет.
- скучаете?
- нет.
- а вот мне скучно..., - протягивает, берет из рук мой стакан и отпивает. Медленно облизывет нижнюю губу, я так понимаю, меня это должно было зацепить
- сочувствую, ничем не могу помочь, - грубо, но по другому не поймет.
- я Анна, - протягивает ручку,
- Артём, - отставляю стакан, - прошу прощения, мне пора. Поднимаюсь, отхожу подальше, начинаю пробираться к выходу. Путь преграждает хозяин дома.