Цокает языком. И это действует как катализатор. Разворачиваюсь, с намерением убежать, только делаю первый, второй шаг, третий не успеваю. Опять чувствую захват моих многострадальных волос. Останавливаюсь, а то выдерет все. Поворачиваюсь, хлопаю со всей силы по руке обидчика
- да сколько можно то, а?
Мужчина с глазами цвета стали, судя по всему, офигевает от моей наглости, но руку разжимает.
- в дом ее, - подаёт голос, да такой, который у менягде-то под ложечкой вибрацией отдается.
Меня опять хватают, только теперь за руки и ведут в дом.
Заводят в огромный холл.
- Гордей можешь начинать, - опять этот голос, заставляющий всех слушать только его. Мужчина остаётся внизу.
А меня ведут по широкой полукруглой лестнице на второй этаж. Гордей, так значит зовут обещавшего меня покалечить. Прямо двойные двери из темного дерева. Справа коридор. Пять дверей насчитала, слева четыре. За двойными дверями находится кабинет.
Кабинет оказывается довольно просторным и светлым помещением, хотя, стены темно коричневые, а мебель черного цвета. Слева массивный стол, два мягких кресла возле, справа стоят книжные стеллажи от пола до потолка. Рядом с ними стоит низкий столик с небольшим диваном. Противоположная стена оказывается полностью стеклянная! Как красиво....
Меня грубо усаживают на стул посредине кабинета.
- ну что, красавица, поговорим? - спрашивает рыжий, тот кто за коленку лапал
- о чем? - голос звучит пискляво
- например, о том, кто тебя послал отраву передавать к клубу
Волосы встают дыбом, понимаю, теперь уж точно меня ни с кем не спутали. Боже, отрава?
- какую отраву?
Гордей достает с кобуры пистолет, приставляет к виску.
- на кого работаешь? - что отвечать? язык от страха не слушается, делая невозможным издать любой звук... Стук сердца кажется настолько громким, что слышно всем, кто находится в кабинете. Только качаю головой отрицательно. Хлесткая пощёчина скидывает меня со стула на пол. Чувствую обжигающую боль на щеке, металлический вкус во рту по подбородку что-то теплое течет, вытераю тыльной стороной руки, размазывая кровь.
- сука, все равно все расскажешь, - говорит тот, кто ударил. - не сейчас, так позже, только будешь немного потрёпанной, когда ночь с пацанами проведешь.
Господи, во что я вляпалась...
Как я могу рассказать, они же его убьют...
Не забывайте ставить звёздочки))
Целую, до новых встреч.
10
Братик, что ты наделал, куда впутался и меня затянул, мысленно обращаюсь к Лёше.
Меня поднимают чьи-то руки, тянут к столу и укладываю на него лицом вниз, ступнями стою на полу. Срывают сарафан. Я начинаю вырываться, что есть силы. Бестолку. Они как роботы, не обращают внимания. Чувствую чужие руки, шарящие по моему телу, шипают, мнут, больно делают.
Кричу "не трогайте", " не надо, пожалуйста", отбиваюсь как могу. Их четверо. Господи, спаси меня, молюсь мысленно. Один мучитель обходит стол и прижимает мои руки к поверхности, ещё больше обездвижив. " Нет, нет, нет" как мантру повторяю. Чувствую как в попу упирается что-то твердое. Визжу, что есть мочи, чья-то рука закрывает рот. Теперь слышно лишь мычание. И тяжёлое частое дыхание насильников. Кто-то просунул руку и сдавливает грудь с такой силой, что терпеть сил нету.
- сладкая,
- смотри, какие сиськи зачетные!
- что Витёк, нравится? - смеются
С меня срывают трусики. Один из насильников расстёгивает ремень, затем молнию на брюках....
В уши врывается свист, да такой силы, что больно барабанным перепонкам становится. Все замирают, тишина гробовая. Слышу шаги. Тот, кто держит за руки отпускает и отходит. Его место занимает мужчина со стального цвета глазами. Садится в кресло, наклоняется к моему лицу.
- кто тебя послал передать посылку? - задаёт вопрос
- не могу, - голос от криков стал совсем хриплый, - не могу.
- Даша, я все равно узнаю, ты не поняла ещё? - ждёт ответ, только как я могу брата в руки этих извергов отдать? - узнаю, и убью.
- ты не найдешь его! - откуда во мне столько духа - сама удивляюсь
- любовник твой?
Удивлённо моргаю. Думает, что я любовника выгораживаю? Ладно, пусть думает так, не буду отрицать, от Лёшки подозрения отведу. Врядли им составит труда выйти на брата.
- тебе какая разница?
- такая смелая, - задумчиво проговорил, - и почему девки в таких мудаков влюбляются? Их шкуры спасают ценой собственный жизни.... Дура ты, Даша.
- он не мудак, - хоть самой и хочется ответить, что сам дурак и мудак, но прикусываю язык, чтобы не сказать лишнего.