Разговора мне не слышно, только короткие фразы и смех. Развернувшись боком, продолжаю буравить взглядом серое полотно асфальта. Комкаю в кулачках голубую ткань джинсов и кусаю губы. Прошло от силы минут десять, а кажется — вечность.
Ну когда же приедет автобус?!
Нетерпение граничит с паникой. Каждую минуту жду, что меня поймают или, чего доброго, дядя Миша передумает, заберет меня отсюда и вернет.
— Эй ты! — раздается мужской голос со стороны шумной компании. — Дочь земли!
Поворачиваюсь на окрик совершенно не ожидая, что обращаются ко мне. Да и с чего бы? Я сама по себе… Рядом с капотом стоит высокий, плечистый, темноволосый парень в солнцезащитных очках, с зачесанными назад волосами, в белой майке и черных штанах, висящих на бедренных косточках. Вскинув руку сомкнутыми пальцами вверх, незнакомец подзывает меня скребковым движением ладони, словно я обязана подчиниться.
Про таких я много читала в книгах, которые украдкой давала тетя Наташа. Прекрасные, но опасные принцы. Их аура распространяется на сотни метров вокруг, таких чувствуешь кожей, вдыхаешь душой и о них обязательно ранишь сердце. Сильные и волевые, они просачиваются через каждую пору, попадают в кровь и отравляют тебя без права на исцеление.
Куда… попадают? Чего это я? Какие принцы?! Это все стресс…
— Резче давай, — скалится он, засунув другую руку в карман. — Пока счетчик не включил.
Осматриваю с головы до ног экземпляр: “Хомо сапиенс, подвид: парень красивый”, пытаясь считать угрозу. От его белоснежных кроссовок у меня в глазах рябит. Из-под подошвы левой ноги, которая оказалась на обочине, виднеется розовый поломанный цветок. Единственный в своем экземпляре, волею судьбы рожденный именно у проезжей части, и так запросто, варварски растоптанный.
Жалко… А еще принц называется.
— Ты не одуплила что ль, коза?! — рявкает незнакомец.
— Я жду автобус, — пячусь к остановке.
— А я жду, когда отсосешь. Ферштейн? — вздергивает правый уголок губ, обнажая идеальный клык.
— Вы – мужчина, а ведете себя, как… придурок! — выпаливаю, ощущая, как краска ползет на лицо.
Озираюсь по сторонам в поисках мифической поддержки. Совсем не хочется попасть в нелепые “приключения” с первых минут свободы.
— Я ей точно бесплатно членом по губам настучу, — с громким, протяжным вздохом цедит непонятливый товарищ, засунув большие пальцы рук в шлевки штанов.
— Она с ночной смены. Оставь ее в покое. После кучи дальнобойщиков — во всех дырках настоящий аэродром, — влезает девушка, пытавшая меня пару минут назад.
После кого? Да сами вы… стюардессы! Такое даже слушать стыдно.
— Да забей, Лазарь! — зовет друга светловолосый детина. — Погнали. Там смотреть не на что. Обнять, бля, и плакать.
Боковым зрением улавливаю движение чего-то большого и разноцветного. С облегчением и радостью несусь за остановку, хватаю сумку и запрыгиваю в автобус.
Наконец-то! Ура!
Неповоротливый транспорт с громким шипением закрывает двери, погружая в духоту салона, но для меня это самый лучший воздух — запах свободы. Заняв место у входа, прижимаю к груди сумку и поворачиваю голову к окну, когда проезжаем толпу женщин и черную иномарку. Показываю язык дегенерату, который меня обидел, и шумно выдохнув, полная волнительных фантазий, пялюсь вперед.
Теперь только вперед!
Вот так-то, смазливый грубиян!
Глава 2
Вероника
Четыре часа бездорожья не портят настроение и когда выхожу на конечной у автовокзала, моя улыбка ярче солнца. Озираюсь вокруг, пропускаю через себя непривычный запах городских улиц и ловлю чувство дежавю.
Мы с родителями не всегда жили в глуши. Когда-то у нас была своя квартира в Отрадном. В памяти остались серые пятиэтажки, двор с деревянными лавочками у подъездов, старая покрышка вместо качелей, болтающаяся на веревке, и одинокая детская горка под крутым углом, которую периодически красила соседка со второго этажа. Лучшее место. Настоящий дом, по которому скучаешь.
Как же все изменилось за последние десять лет…
Все пассажиры автобуса давно ушли, а я все стою и смотрю вокруг. Около белого здания виднеется остановка. У массивной приоткрытой двери две подружки или сестры разглядывают что-то на планшете, прижимаясь друг к другу висками. Справа, на пятачке ребята катаются на роликах.
Перехватываю ручки сумки поудобнее и иду на остановку. Около пластиковой конструкции расстегиваю замок и вынимаю старый кнопочный мобильник, который мне отдала тетя Наташа. Теперь можно его включить.