Пиздец…
— Тоха, привет! — звоню одногруппнику.
Он с первого курса чалится в общаге. Когда у нас намечаются забеги на территорию первокурсниц, он с радостью открывает нам запасной вход, ключ от которого сделал еще на втором году обучения.
— А, Лазарь, здоров.
— Спустись в триста девятую, узнай, Вероника там.
— Не, нету, — сразу шарашит инфой.
— В курсах, где она?
— В душе не ебу, бро. Она неделю не появляется. У Катьки каждый день тусят девчонки из четыреста одиннадцатой. Сам пять минут назад оттуда притащился.
М-да уж… “бро”.
— Вообще не появляется или только сегодня?
— После скандала не приходила. Даже у Вилки не замечена.
Блять, и где она?! С кем? У кого?
Сучка, увижу — убью.
Отключаюсь без прощаний. Выкидываю окурок, прыгаю в тачку и бью по газам.
Пошла она…
Все мозги проебала, если не способна принимать нормальное к себе отношение. Пусть ее хоть загнобят — больше не влезу. Я-то дурак впрягся в историю с воровством. Заставил Катьку забрать жалобу из деканата и заткнул рты всем болтливым.
Похуй, короче.
Сворачиваю к клубу, кидая фото в общий чат.
После пары стаканов джина забиваю на Нику и все, что с ней связано. Среди танцующих тел цепляю взглядом мелкую телку с голым животом. Закрыв глаза, девчонка извивается в такт музыке, лицо расслаблено, каштановые волосы, — короче, чем у Вероники, — подпрыгивают от каждого резкого движения.
Залпом вливаю в себя остатки алкоголя и поправив рубашку за поясом, решительно шагаю к малышке. Распахнув карие глаза, она морозится пару секунд, а потом послушно прется следом. Затаскиваю ее в кабинку сортира и разворачиваю лицом к хлипкой пластиковой перегородке. Можно было поехать в гостиницу или уединиться в приватных зонах, но я хочу именно так: грязно и жестко. Натягиваю презик и спускаю с девки шорты с трусами. С силой давлю ладонью между лопаток, другой рукой дергаю за бедро на себя, заставляя отклячить задницу. Направив ствол, влетаю в щель без прелюдий и сразу делаю серию резких толчков.
— Ой, полегче, — пищит, но прогибается в спине еще сильнее.
— Рот держи закрытым, — цежу резко вдалбливаясь в нутро.
Пальцами зарываюсь в волосы девушки и прикрываю глаза, матерясь на тощую фантазию под веками. Кончаю быстро, несмотря на количество алкоголя в крови. Бросаю бабло и сваливаю. Напряжение снять удалось — это главное.
Утро встречаю в поганом состоянии и таком же настроении. Уснул одетый — явно перебрал вчера. Принимаю душ, давлюсь парой глотков кофе и кое-как найдя ключи от тачки под диваном, выхожу на свет Божий.
До универа добираюсь как в мультике — нереальными яркими кадрами, хоть и нацепил солнцезащитные очки.
— Пиздец, у тебя видок, — стукаемся кулаками с Эльдаром. Попадаю с третьего раза.
— Долго вчера сидели? — сую в рот жвачку, но двигать челюстью лень.
Попить бы, сушняк давит.
Какого хера нажрался — сам не вкурил.
— Не, следом уехали, — заглядывая в телефон Потапа, поглощенного перепиской, Дар усмехается. — Не знал, что ты Зойку пялишь, молочный брат.
— Кончай пасти чужих тараканов! — возмущается Валуев и ржет. — Только собираюсь. Это разогрев. Она завтра с олимпиады возвращается.
Вот кому все по хуй.
— Я буду там раньше тебя и стопроцентно, — хлопает Потапа по плечу Эльдар.
— Погнали, озаботы. Мне надо где-то отлежаться, — хмыкаю, свернув к лестнице.
Глазами шарю по студентам. Ищу конкретную динамщицу. За темными окулярами кайфово, хоть и мрачненько. Встречу ее и… точно что-нибудь сделаю. Без жести. В воспитательных целях.
Две пары пролетают пятисекундным сном. Едва закрыл глаза, откинувшись на спинку неудобного стула, и… бах! Толчок в бок от Валуева со словами:
— Погнали на третий. Сейчас вышмат.
— Идите. Догоню. Пойду энергетика возьму.
Сбегаю вниз по лестнице, сворачиваю за угол вестибюля, а навстречу мне шагает Ника.
На ловца и зверек бежит!
Без слов хватаю тонкое запястье, проверив, точно ли ее держу или зубочистку словил, и тащу к окну.
— Ничего сказать не хочешь? — с хода наезжаю.
— Привет, — пялится выпученными зенками, преданно глядя в глаза.
— Я жду…
— Чего ждешь?
Сама невинность, ты посмотри, а!
— Я сказал в семь... где быть?
— Где?
— Ника, — рычу, нависая коршуном на полевой мышью.
— Я опаздываю…
— Не беси, — затыкаю, готовый придушить.