Ежедневно универ наводняют студенты. В перерывах шумно и пестро. Чувствую окрыляющую свободу каждым разворотом легких.
Расположившись на подоконнике второго этажа, Вилка грызет яблоко, не отвлекаясь от чтения, я же ем булочку, взятую в столовой, отщипывая по кусочку.
— О, гля, королева пожаловала, — тыкает меня в бок, кивая во двор. — Страна должна знать своих героев в лицо! Это Барановская со свитой и судя по загару, только вернулась с морей. Закадычная подруга твоей соседки Катеньки.
Смотрю вниз на шикарную девушку с длинными черными волосами, в ярко-розовой обтягивающей футболке, короткой плиссированной юбке и босоножках на каблуке. Она так легко идет на шпильке, будто плывет. Рядом с ней вышагивают в ногу не менее эффектные подружки, одна пониже ростом с хвостом на макушке, а вторая со стрижкой под мальчика: с коротким ежиком и уложенной набок челкой.
— Красивые, — констатирую очевидный факт.
— Таких наштамповано как ежедневной газеты профсоюзов “Труд” в 1990 году. Знаешь цифру тиража? — Вилка поправляет очки, кусает яблоко и глядит на меня в ожидании ответа.
— Не представляю, — пожимаю плечами.
— Фигово, Кузьмина! Двадцать один с половиной миллион экземпляров. Во как! — поучительно вскидывает указательный палец. — Запоминай, вдруг на крутого редактора двинешь.
— Откуда в твоей голове столько знаний?
Глупый вопрос. Вилка не зря среди второкурсников слывет гением, и в учебе ей нет равных. Все одногруппники ходят за ней по пятам, чтобы урвать обещание помочь на зачетах и курсовиках.
— Люблю читать, что явный плюс, но пожираю любое чтиво, от корявых заметок до трудов Карла Маркса — и это минус, — жует с умным лицом, продолжая наблюдать за королевой универа.
Вцепившись в край подоконника, приподнимаюсь на носочки и рассматриваю девушек. Каждое их манерное движение хочется повторить, скопировать. Кокетливо раскачиваясь из стороны в сторону, Барановская разговаривает с каким-то парнем, то и дело легко касаясь его груди. Выглядит это не вульгарно, наоборот, мило и трогательно.
— Она тебе не нравится? — скашиваю глаза на Вилку.
— Отчего же? Я не слепая и не завистливая, чтобы отрицать очевидное — она красотка. Только характер — дерьмище, каких поискать. Поговаривают, свихнулась от любви, — подруга театрально прикладывает ладонь к груди и закатывает глаза. — О, Богдан! О, дорого-о-ой!
Наблюдая за душещипательной картиной, смеюсь, пихая Вилку в плечо.
— Что?! — наигранно возмущается. — Сама увидишь. Я угорала в прошлом году. Кстати, через пару недель соберется наш читательский кружок, если хочешь, могу тебя влить в книголюбы.
— С радостью.
Подтягиваю джинсы и опускаю резинку кофты молочного цвета на бедра. Придирчиво смотрю на себя вниз, словно на подсознательном уровне стремлюсь чуточку приблизиться к Мисс Совершенство, что стоит на улице.
Бред же полнейший… Мне до нее — как раком до Берлина. Еще похудела сильно, теперь вся одежда висит как на вешалке.
Привычный гул студенческого улья нарушает рев движков и все спешат удовлетворить любопытство, прилипнув к окнам.
— О-о-о, а я-то голову ломала, чего ждет Лизок у входа в универ, — хмыкает Вилка, убирая в сумку книгу.
Три черные сверкающие капотами и дороговизной машины дерзко тормозят на первой линии паркинга. Подружки Барановской машут им призывно руками, а Королева, медленно покачивая бедрами, идет к одной из тачек. Той, что посредине.
— Кто это? — касаюсь кончиком носа стекла.
— А это мокрые трусики всех девочек универа прикатили. Дефлораторы наивных дурочек и разовое счастье остальных страждущих любви.
— Почему… разовое?
— Потому что после одного перепиха эти самцы теряют половой интерес.
— А-а-а, — выдыхаю с каким-то благоговением и жду, когда выйдут.
— Ты не акай и рот не разевай, — оттаскивает меня за кофту подруга. — Песню Губина слышала? Такие мальчики, как звезды… сношают золотые пёзды, — Вилка бьет себя ладошкой по губам за мат. — Да простит меня Санта-Клаус за красочный памфлет.
— Дай, хоть гляну одним глазком, — держусь за подоконник.
— А вдруг ослепнешь? Не рискуй, Ник. Пойдем лучше Потапова найдем, он обещал мне диктофон дать погонять.
Подхватив меня под руку, Виолетта рассказывает о предстоящем докладе, пока мы спускаемся, чтобы перейти в другой корпус. Постигая азы журналистики, она спит и видит, как будет делать репортаж, наговаривая материал на модный девайс. Семья у подруги обычная, живут в маленьком городке на границе области и на приобретение дорогих вещей денег нет. Однако свое право на бюджетное место Вилка честно заработала усердной учебой и золотой медалью по окончании школы.