- Заткнись! - закричал отец, выбив тарелку у меня из-под носа. Весь мой завтрак оказался на полу. – Тебе повезло, что помощник ректора мой хороший приятель. Если бы не он, у тебя и шанса на нормальную жизнь не было бы, хотя ты ее и не заслуживаешь!
Я сжала кулаки, стараясь успокоиться. Вдох. Выдох. Нельзя было ожидать ничего другого. Когда-то, сталкиваясь с агрессией отца, я плакала. Плохая дочь. Слишком шумная, требовательная, бессовестная, ненужная, нежеланная. Проблемная.
Мама рассказывала, что с рождения я много болела, кричала по ночам, не давала ей спать, измучила до состояния, что женщина готова была броситься под поезд, лишь бы не слушать писклявые крики. В возрасте пяти лет я требовала много внимания, задавала глупые вопросы, громко пела. В первом классе дралась с одноклассниками за право обладать самыми красивыми наклейками. В десять лет разбила мячом окно в маминой спальне, играя в саду в футбол. В пятнадцать лет сбегала на улицу через окно, играла на гитаре для прохожих, ведь дома никто от моих талантов не фанател. И мама все-таки ушла. Хорошо хоть не под поезд, а всего лишь к другому мужчине. Плевать.
Я молча села в машину отца, пристегнулась и надела наушники. Музыка успокаивала, дарила иллюзию свободы. Мимо проносились здания, сливаясь в бесконечный серый поток. Сбежать бы, да некуда.
Глава 2
Автомобиль затормозил на парковке около здания университета. Не произнося ни слова, я вышла из машины, захлопнула за собой дверь и направилась в сторону входа. Обернувшись, увидела, что отец ждал, пока я зайду внутрь, будто это могло что-то исправить. Закатив глаза от раздражения, спокойно побрела дальше, и когда оказалась в университетском коридоре, остановилась возле окна, из которого было видно парковку. Папиного автомобиля уже не было, поэтому я поспешила к выходу и покинула ненавистное здание.
Пешком вернувшись домой, подхватила гитару и поспешила на улицу. Сегодня был тот редкий день, когда мы собирались группой и играли вместе с двумя парнями. Алекс и Джастин не нуждались в деньгах, будучи братьями из богатой семьи. Они просто наслаждались музыкой и вниманием слушателей. Когда мы выступали вместе, народу останавливалось намного больше.
Я двигалась по маленькому проулку в сторону оживленного проспекта. Однажды мы пели недалеко от жилых домов, жильцы пожаловались в полицию на шум, и нас увезли в участок. Тогда я была несовершеннолетней, поэтому сразу позвонили отцу, он в ярости пообещал выбросить гитару, если подобное повторится. На его запреты мне давно было плевать, но лишиться инструмента не хотелось.
- Привет, опаздываешь, - сказал, Алекс, когда я приблизилась к ребятам.
- Отец сегодня решил побыть нянькой и сторожем в одном лице, - ответила я.
- Как ты тогда сбежала? – спросил Джастин.
- Его надолго не хватило, так что давайте начнем.
Раздались первые аккорды, и некоторые прохожие сразу же обратили внимание на нарушителей тишины в лице уличных музыкантов. У нас всегда была одна и та же программа, мы пели написанные мною песни, текст которых я специально подгоняла под парней.
Музыка была способом избавиться от напряжения. Я пела песни, но на самом деле кричала о том, как меня в этой чертовой жизни все раздражало. Больше всего ненавидела себя за излишнюю эмоциональность. Вспоминая некоторые моменты из прошлого, появлялся ужасный стыд.
Когда мама бегала по дому и собирала вещи, я умоляла, чтобы она взяла меня с собой. В голове не укладывалось, что эта женщина просто решила меня бросить, оставив наедине с отцом. Я плакала так громко, что этим звуком раздражала ее еще сильнее.
- Почему ты не можешь взять меня с собой?
- Я наконец-то встретила приличного человека, который ценит меня по-настоящему. Но даже он будет неспособен терпеть твои выходки.
- Мам, я не буду создавать проблемы, только не бросай меня, - кричала я, размазывая сопли и слезы по щекам.
Мне было пятнадцать лет, уход мамы казался настоящей катастрофой.
Накануне мы с ребятами разрисовали стену на заднем дворе школы. Честно говоря, она уже давно была украшена различными рисунками и надписями, но именно нас поймали с поличным. Маму вызвали в школу и отчитали по полной программе, заявив, что если детей не воспитывали, из них обычно вырастали вот такие малолетние преступники. Я была не согласна с этим заявлением, ведь до этого момента не совершало серьезных проступков. Иногда ссорилась с одноклассниками. Любая попытка дать мне прозвище или просто обозвать, заканчивалась тем, что оскорбляла сверстников уже я. Никогда никому из них не позволяла себя обижать. А уж в словесных перепалках почти всегда одерживала победу.