Костя не мой парень, я не собираюсь заблуждаться. Он даже не мой мужчина. Я буду ему принадлежать как рабыня, как вещь. Но он мне — никогда. Он будет пользоваться мной. Получать то, что захочет. А я не смогу ему сопротивляться. Уже не смогла! Пала перед ним ниц, стоило меня поцеловать, приласкать и свести с ума. Шлюха! Я всего лишь грязная шлюха, отдающаяся бандиту!
От этих мыслей становится тошно. Грудь трясётся в беззвучных рыданиях. Сворачиваюсь клубочком, перевернувшись на бок. Натягиваю на голову покрывало и кусаю кулак, чтобы не реветь в голос. Слёзы душат. Не могу дышать.
– Мышка, ты чего? – совсем рядом раздаётся сухой тон Кота. Он срывает с меня одеяло и силой поворачивает зарёванное лицо на себя. – Рина, не кори себя. Ничего плохого ты не сделала.
– Я шлюха! Шлюха! – выкрикиваю ему в лицо, вскакивая на ноги и сбегая в ванную.
Не успеваю захлопнуть дверь, как он настигает. Ловит, дёргая на себя. Впечатывает в своё тело. Слепо машу руками, вырываясь. Заливаясь слезами, до хрипа повторяю:
– Обычная шлюха! Я не знаю тебя, но как шлюха себя веду!
– Блять, Рина, закрой рот! – рявкает, сильно встряхнув.
Только я уже не могу успокоиться. Тяжесть событий последней недели разбивает меня на части.
– Зачем Вы делаете это?! Почему я?! Я не хочу быть Вашей шлюхой!
– Да твою же мать, Дарина! – рычит агрессивно, заталкивая меня под душ и включая ледяную воду. Сам шагает следом, придавливая к стене.
Холодные потоки быстро остужают. Брыкаюсь ещё несколько секунд, а потом обмякаю. Стуча зубами, прекращаю сопротивление.
– Всё, Мышка, спокойно, – тихо проговаривает он, проведя ладонью вниз по спине. – Ты не будешь моей шлюхой. Ничьей не будешь. Успокойся.
Белая рубашка, намокая, просвечивается. Под ней обрисовывается загорелое тело и какая-то татуировка над сердцем. Дрожа, утыкаюсь лбом в грудную клетку.
– Я не хочу… – выпаливаю, качая головой.
Ничего не сказав, Кот выключает воду и, расстегнув пару пуговиц, снимает рубашку через голову. С безвольной меня стаскивает майку и расстёгивает лифчик. Скатывает по ногам расстёгнутые ранее шорты и промокшие не только водой трусы. Расчехляет свои брюки и тоже спускает вместе с чёрными боксерами. Вспыхнув, отворачиваюсь, стоит увидеть качнувшийся в мою сторону длинный половой орган.
– Идём.
За руку вытаскивает меня из душевой и набрасывает на плечи большое полотенце. Сам стоит голый, но растирает меня, пока не согреваюсь. Я смотрю в сторону, боясь ещё раз напороться взглядом на его мужское достоинство. Пусть я и неопытная, но там действительно есть чем похвалиться.
– Посмотри на меня, Ри-на. Подними глаза.
Вскидываю голову и трусливо поднимаю взгляд по выпуклым мышцам на груди, дёрнувшемуся кадыку, щетинистому подбородку, сжатым губам, яростно тянущему воздух носу. На нём и останавливаюсь. В глаза взглянуть не могу.
– Рина, – рычит, беря в захват челюсть и задирая лицо вверх. – У тебя нет против меня шансов. Перестань себе сопротивляться. То, что ты возбудилась и кончила, вполне естественно. Я знаю, как вести себя с женщинами. В твоём случае — с девочками. Не вини себя в том, что случилось. Ты не виновата.
Опускаю взгляд вниз и задыхаюсь, заметив не только выделяющиеся кубики пресса, но и твёрдый член, направленный прямо на меня. Снова скатываю взгляд в сторону. Явно почувствовав мой ужас, Кот обматывает бёдра полотенцем. По его телу дорожками стекает вода. Она обводит мышцы и спускается к полотенцу. От пупка проходит полоска тёмных волосков. Тяжело сглатываю.
– Вытри волосы и оденься. А потом иди в постель.
Послушно выполняю все приказы. Прикрывшись, выбегаю из ванной, захватив с собой полотенце. Одеваюсь, наматываю ткань на голову и ныряю под плед, пытаясь согреться. Лежу с закрытыми глазами, но всё равно знаю, что Костя совсем рядом. Через мгновение матрас качается под ним. Кот втягивает меня в объятия, плотно прижав спиной.
– Попробуй поспать, Рина. И перестань думать, – тяжело выдыхает мне в затылок. – Блять, Рина, только не думай. Я никогда не сделаю тебя шлюхой.
– Т-ты меня не тронешь? – выжимаю шёпотом.
– Я сказал, что ты не станешь шлюхой. Но ты будешь моей.
Глава 10
Видит Бог, я пытался. Сопротивлялся мыслям о Рине. Боролся со своими демонами. Только всё было бесполезно. Я проиграл в тот момент, как увидел её на своей кровати. Израненную, измученную, запуганную, плачущую и смирившуюся со своей судьбой. Уже тогда знал, что её место там.
После того, как обнимал её, вдыхал аромат её кожи и страха, четыре дня не появлялся дома. Держал дистанцию. Вытравливал из своего организма. Делал работу, которой обычно не занимаюсь, лишь бы не думать о ней. Проводил ночи в постели Сабиры. Но и там была Мышка. Огромные медные глаза. Губы бантиком. Тихий шёпот.