– Сладкая, ты и представить не можешь, что только что натворила, – зажмуриваюсь плотнее. До взрывов звёзд в темноте. – Ри-на, посмотри на меня, – просит приглушённо, поддевая пальцами подбородок.
Только успеваю открыть глаза, как веки смыкаются, когда мой рот напарывается на его губы. Язык беспрепятственно пробирается внутрь. Проходит по зубам. Кончиком рисует зигзаги на дёснах и языке. Захлёбываясь терпким вкусом мужчины, цепляюсь за его плечи.
– Раздевайся, – приказывает резко.
Меня как кипятком ошпаривает. Отталкиваюсь, путаясь ногами в рассыпчатой гальке. Едва не заваливаюсь спиной в воду, но Кот легко удерживает, поймав за запястья. Дёргает обратно на себя, заключая в плен своего жара и запаха.
– Плавать будем, трусливая Мышка. Я дам тебе немного времени привыкнуть ко мне.
Хватаюсь за слова о плавании, только бы не думать о необъяснимом страхе перед физической близостью, которая сделает меня женщиной. Его женщиной? Кот мне не неприятен, но страх куда сильнее и не поддаётся контролю.
– Я не ум-мею плавать, – выдавливаю тихонечко.
– Не заикайся, Ри-на. Не надо трястись так, – проговаривает обманчиво мягко. – Что ты собиралась делать в море, если не умеешь плавать? – и снова слышу улыбку в текучем голосе.
– Я… думала погулять по кромке, – лепечу, ощущая, как загорается лицо.
– Так не пойдёт. Раздевайся. Научу тебя плавать.
Подрываю на него растерянный взгляд, боясь поверить в услышанное. Он издевается? Зачем ему возиться со мной? Но лицо Кота абсолютно серьёзное. Брови, съехавшись на переносице, нахмурены. Губы сжаты в полоску, отчего верхняя почти незаметна. Потемневший взгляд пробирается электричеством под кожу.
– Н-не хочу, – возмущаюсь неуверенно, отходя ближе к берегу.
– Ри-на, слушайся меня. Или ты разденешься сама, или я тебе помогу. Выбирай, пока выбор у тебя есть.
Громко сглотнув литр слюны, несмело стягиваю майку. Не только лицо, но всё до живота обжигает стыдливым румянцем. Стиснув ткань в кулаках, прикрываю ей грудь. Я не могу назвать купальник неприличным. Я его даже купальником назвать не могу! Два ярко-красных треугольника, от которых на шею поднимаются тонкие цепочки, застёгивающиеся на жемчужную пуговку. Сзади такая же цепочка и застёжка. Они же заменяют лямки на плавках, открывающих намного больше, чем закрывающих. А я всё такая же мохнатая там, внизу, как и утром. Впервые я стесняюсь собственного тела. Мне хочется быть красивой. Для... Кости. Бог мой, это полнейшее безумие!
– Ри-на, – рычит мужчина, показывая клыки, как у настоящего хищника. – Помочь тебе? – грациозно, как гепард, он надвигается на меня.
– Пожалуйста! – выкрикиваю в панике. – Я не могу! Мне стыдно! Не заставляй меня, – заканчиваю задушено, с трудом сдерживая обличительные слёзы.
Плотно закрываю глаза, пытаясь не разреветься. Судорожно тискаю на груди майку. Кот легко выдёргивает её и кладёт крупные шершавые ладони на мои плечи.
– Чего ты стыдишься, сладкая? – будто бы ласково спрашивает, с участием. Ведёт костяшками пальцев по моей скуле, подбородку. Трогает подушечками вибрирующие губы. – Ты очень красивая девочка. Чистая и свежая.
Господи-Боже, я становлюсь медузой, которая трясётся и тает на солнце.
– Я просто не хочу, – давлю шёпотом, не рискуя сказать правду. – Прошу тебя, Костя, – добавляю его имя в надежде, что его это смягчит.
– Если стесняешься своих кудряшек, то не стоит, – выдыхает в ухо.
Меня передёргивает, будто слова розгой полоснули. Как он понял?
– Мне нравится.
– Эт-то н-некрасиво, – на панике заикаюсь так, что зубы стучат.
– Тогда, Мышка, вечером сделаешь красиво. А завтра, Рина, я хочу, чтобы на тебе не было ничего, кроме купальника. Поняла меня?
Натянуто киваю, но выдыхаю с видимым облегчением. Лёгкие, наконец, раскрываются, позволяя дышать.
– Такая трусиха, – улыбается Кот, продолжая водить пальцами по моему лицу. – Откуда только на мою голову свалилась.
Едва открываю рот, чтобы попросить меня отпустить, раз уж только раздражаю, но вовремя прикусываю язык. Будь всё так просто, я была бы уже дома. Набираю побольше воздуха и поднимаю расплывчатый от долгого зажмуривания взгляд к его лицу.
– Я всё сделаю, – шепчу несмело.
– Умница, Мышка. Будь покорной. А сейчас расслабься. Выдохни. Успокойся, – рассекает сухим тоном.