Просыпаюсь я всё так же раздетая, но уже в своей постели от того, что в лицо мне тычется что-то мокрое и холодное. Первым чувством спросонья становится страх, что Кот решил взять с меня плату за вчерашнее. А потом вспоминается ощущение его достоинства. Оно было тёплым и гладким.
Поднимаю сопротивляющиеся веки и вижу два огромных жёлтых глаза на чёрной мохнатой мордочке. Поджав уши и расширив зрачки, на меня смотрит маленький чёрный комок. Боязливо принюхивается своим чёрным мокрым носиком.
– Привет, малыш, – шепчу тихо, боясь его спугнуть. – Откуда ты тут? Чей ты?
Осторожно протягиваю руку и касаюсь мягкой длинной шёрстки. Котёнок, недолго думая, тычется макушкой в ладонь и включает режим «трактора», принимаясь громко мурлыкать. Притягиваю его к себе и перекатываюсь на спину. Малыш укладывается на грудь и «мнёт» меня лапками с острыми коготками.
– Нельзя царапаться, – журю с улыбкой.
Не думала, что в доме могут быть животные. Раньше я не замечала тут никаких признаков живности.
– Откуда ты взялся? Случайно забрёл? – смотрю на мордашку с блаженно прикрытыми глазами и сама себе качаю головой. – Нет, вряд ли ты бы пробежал незамеченным.
На глаза невольно наворачиваются слёзы, стоит вспомнить Симона. Он так же по утрам лежал на груди и мурчал. Вот бы оставить малыша себе. А через месяц забрать с собой. Только уверена, что Кот не позволит. А прятать его у меня не получится. Ему нужен корм, туалет, игрушки. Возможности купить всё это у меня нет. Да и камеры не способствуют.
Обречённо вздохнув, снимаю котёнка с груди и перекладываю на подушку. Он недовольно фыркает и спрыгивает с кровати, едва я встаю. Путаясь под ногами, мешает идти. Стоит открыть шкаф, как негодник тут же запрыгивает на полку и начинает копаться в вещах.
– Нельзя, – ругаю, вытаскивая его из шкафа. Опускаю на пол и еле сдерживаю слёзы. Не хочу прогонять. Но придётся. – Я попрошу Костю найти тебе дом. А если он не станет заморачиваться, то уверена, что смогу уговорить Лесю. Ты не обижайся только, – прошу, когда, вильнув хвостом, он отворачивается.
Со слезами на глазах натягиваю трусики и сарафан с чашечками. Быстро расчёсываю волосы и беру на руки малыша, устроившегося мыться на кресле. Набрав полную грудь воздуха, выхожу из спальни. Решительно, пока не успела совсем расклеиться, пересекаю пространство и стучу в дверь Кота.
– Заходи, – слышу глухое из комнаты.
Толкнув дверь, вхожу внутрь и застываю, опустив голову. Мужчина в одних шортах сидит в кресле и что-то листает в телефоне. Подняв на меня короткий взгляд исподлобья, возвращает его к экрану. Замираю на входе, крепче прижимая к груди чёрный комочек.
– Тут… У меня… – выдавливаю сиплым голосом и сразу всхлипываю, открывая котёнка. Костя откладывает телефон и с интересом смотрит на меня. – Он был в моей комнате. Он ухоженный. Чей-то, наверное, – тараторю сбивчиво.
Кот с улыбкой качает головой и поднимается.
– Чей-то, – соглашается, подойдя в упор.
Не рискую поднять голову, когда озвучиваю просьбу:
– Ты не мог бы вернуть его хозяевам? Его, наверное, ищут. Скажи Лесе…
– Он твой, Ри-на.
– Что? – рывком вскидываю голову, не веря своим ушам. – Я же не могу оставить его.
– Можешь. Он для тебя. Корм и миски на кухне. В туалет на улицу будешь сама приучать его ходить.
– Почему? – шепчу растерянно, пытаясь прочесть что-то в его глазах.
– Я решил, что тебе будет не так одиноко с ним, – пожимает небрежно плечами. Растягивает губы в загадочной улыбке. – Поискать ему других хозяев? – спрашивает с издёвкой, выгнув бровь.
Забываясь на эмоциях, одной рукой прижимаю котёнка, а второй оборачиваю его шею и прижимаюсь к губам. Кот тоже обнимает одной рукой за поясницу с тихим смехом.
– Спасибо, – выдыхаю ему в рот, едва не визжа от счастья.
– Ревёшь чего? – не переставая посмеиваться надо мной, выбивает Костя.
Котёнок, зажатый между нами, недовольно ворочается и фыркает.
– Просто… Это так… мило, – лепечу бессвязно, а Костя ещё громче смеётся.
– Мило… – буркает он, сгребая в пальцах волосы на затылке. – Звучит как оскорбление, Мышка.
– Я… не…
– Всё ш-ш-ш… Не паникуй. Это шутка. Я пошутил.
Мои губы растягиваются в улыбке. Костя, притиснув мою голову к своему плечу, так же как котёнок до этого, мнёт голову, проскрёбывая кожу короткими ногтями. Зажмуриваюсь, вдыхая терпкий запах муската и горячей кожи.
Ещё вчера я ненавидела его и боялась до смерти, а сегодня сама целую и обнимаю. Страшно, конечно, снова расслабиться и начать верить в образ, который он добродушно демонстрирует. Смотреть на маску обычного человека, подарившего мне котёнка, и не видеть за ней истинной сути.