Стиснув зубы, дышу носом. Руки держу строго параллельно телу. Их в ход пущу только в крайнем случае.
Рина распускает ремень и расстёгивает брюки. Толкает их по ногам. Касается пальцами резинки боксеров и обмирает. Едва дыша, плотно зажмуривается. Стояк её пугает сильнее всего остального.
– Снимай, Дарина, – цежу гневно. – И на колени.
– Как прикажешь, – шепчет сбито.
Дура! Давай уже начинай бороться!
Но она покорно сгребает трусы и, опуская вниз, становится на колени. Качнувшийся перед её лицом член вгоняет Рину в краску, а за ней и в ступор. Платье задирается, открывая чёрное прозрачное кружево. Девчонка сворачивает пальцы в кулаки и упирается ими в колени. Опустив голову, дрожит всё активнее.
– На меня смотри!
Вскидывает голову, быстро миновав эрекцию, смотрит огромными блестящими глазами в мои. Сдавливаю пальцами основание ствола и оттягиваю. Отпускаю. Он со шлепком ударяется о живот. Мышка ещё оборотов страха набирает.
Тормози это, Рина!
На секунду скатив взгляд на член, зажмуривается. Плотнее кулаки сжимает.
– Знаешь, что от тебя требуется? – высекаю максимально сдержанно.
Моргнув, кивает. Тянется рукой и несмело оборачивает пальцами ствол. Жмурится. Подаётся вперёд и касается вибрирующими, пересохшими губами головки. Опять сглатывает.
– Соси, твою мать, – рычу громче и опаснее. – Открой рот и соси.
– К-к-как прикажешь, – выдыхает, размыкая губы.
Накрывает головку и буквально пару сантиметров прихватывает.
Ну уж нет, моя дорогая. Так не пойдёт. Этим я тебя не возьму. Решила быть куклой, пойдёшь до конца. Страх и отвращение — не те эмоции, на которых можно тебя подловить.
– Встань! – приказываю громко.
Она, отшатнувшись, смотрит на меня во все глаза. Теперь, когда они не замазаны чёрным, кажутся огромными и невинными. Дёргано жмёт эрекцию. Рассеянно моргает.
– Вставай, Рина, – добавляю тише и отрывисто.
Оборачиваю запястье и тяну её вверх. Ноги сладкую совсем не держат. В прямом смысле падает на меня, сжав пальцы в слабые кулачки. Такая белая и маленькая на моём фоне, что страшно её переломить. Поддеваю пальцами её подбородок и задираю лицо вверх. Склонившись, касаюсь губ губами. Совсем легко и сдержанно. Провожу большим пальцем по линии скулы.
– Сейчас ты станешь женщиной, — последний аргумент, способный запустить её инстинкт самосохранения.
– Хорошо, – лепечет, опустив голову.
Глупышка. Меня твой страх и раболепие не устраивают.
– Трусы снимай.
Она заводит руки за спину, собираясь расстёгивать платье. Торможу её.
– Только трусы.
– Как прикажешь.
Шатаясь, приподнимает платье. Подцепляет по бокам стринги и скатывает по ногам. Выпрямляется и смотрит на меня. Почти плачет. Но всего лишь почти. А мне надо, чтобы она ревела и кричала. Чтобы выпустила всё наружу.
– Ложись на кровать. На спину. И широко раздвинь ноги.
Как манекен, направляется к кровати. Становится на колени и медленно ползёт выше. Переворачивается и, закрыв глаза, разводит в стороны бёдра, открывая гладкую розовую плоть.
Обхожу её с другой стороны и вынимаю из тумбочки пачку с презервативами. Вытаскиваю один и бросаю рядом с её головой. Дарина дёргается всем телом, но, закусив губы, не оказывает сопротивления. Я начинаю всерьёз злиться. Бешенство вскипает в венах бурными потоками. Стиснув кулаки, медленно вдыхаю и выдыхаю носом.
Спокойно. Не переборщить.
Становлюсь на колени между её ног. Положив ладони на талию, веду вверх, но под грудью останавливаюсь. Пристраиваю головку между створками и слегка давлю. Рина, пискнув, вжимается в матрас и дёргает ногами, но тут вынужденно расслабляется.
Нет. Так не получится.
Отползаю дальше и опускаюсь на локти. Подталкиваю раскрытые ладони под ягодицы и дёргаю Дарину на себя. Завизжав, распахивает глаза. Закидываю её бёдра на плечи и вжимаюсь носом в сладкую плоть. Глубоко затягиваюсь её запахом.
Раз не вышло её запугать, заставлю кончить.
Языком провожу по всей длине тонкой щёлки. Ринка заходится выразительной дрожью и шумно вдыхает. Сгребает пальцами лежащее под спиной покрывало. Кусает губы, стараясь не издавать ни звука. С напором провожу языком и давлю на клитор. Из её горла вырывается тихий всхлип. Губы, вздрогнув, приоткрываются. Дыхание частит. Она старается снять с меня ноги, но я фиксирую мёртвой хваткой.
Неспешно, даже лениво ласкаю её языком. Прикусываю одну губку и, наконец, ловлю её отклик вместе с первыми каплями проступающей влаги. Втягиваю створку в рот и посасываю, оглаживая языком. То же и со второй проделываю. Дарина начинает едва различимо постанывать. Лизнув клитор, ввожу в неё сразу два пальца.