Как же было сложно находиться с ней в одном доме. Черт его знает, где я взял столько сил и выдержки. Я всячески пытался отправить ее обратно, даже с отцом разговаривал. То, что ее вернули насовсем, стало понятно, когда отец объявил о этой поездке. Мы долго к этому шли, Китай - это наша главная цель: оторваться от конкурентов и обладать властью еще большей, чем прежде.
Она все портила. Я отвлекался от намеченного плана.
Когда Лиля появилась в моем номере и начала раздеваться, я ошалело уставился на нее и не мог понять, мерещится ли мне это или нет. Может быть, я уже совсем сошел с ума, и все мои желания превратились в видения. Я чуть не кончил только от одного вида ее обнаженной груди. Со мной такого никогда не было. Я словно превратился в подростка с бушующими гормонами. Я набросился на нее, словно изголодавшись, и впервые в жизни испытал от секса острые ощущения. Вот тогда я и понял, что она моя. Понял, что пропал окончательно, когда погрузился в нее и дышал, дышал, и не мог насытиться. Я умер, и вновь воскрес из пепла. Ее стоны убивали наповал. Я целовал ее, словно сумасшедший, пытался быть нежным, но все чувства были на пределе.
Я пропал… окончательно и бесповоротно.
И принял решение, которое не одобрит никто. Мать и отец взяли Лилю в детский доме и недолюбливали ее. Я видел, как им было тяжело принять смерть родной дочери и ухаживать за чужим ребенком. Я ничего не мог сделать, да и не влезал. Мое решение сейчас полностью обдуманное, и я готов на любой исход. Как только мы вернемся с Китая, я сделаю ее своей женой. Родителям придется проглотить, что я выбрал себе женщину, которую люблю, ту, которая предназначена мне судьбой.
***
Лиля
- У тебя, скорее всего, адаптация, климат очень влияет.
Я пошатывающей походкой выхожу в холл, сжимая в руках документы.
- Эдик, я не смогу выступить, я не пойду против Ростика, они действительно заслужили этот объект.
- Ты несешь бред, Лиля, - звучит в трубку и эхом отдается в ушах.
Эдик выходит из поворота и мы сталкиваемся взглядами.
- Что ты здесь делаешь? Это крыло отведено Меркутам, тут тебе опасно находиться.
- Ты возвращаешься домой, Лиля, - произносит он, убирая телефон в карман и подходя ко мне ближе.
- Я не могу так просто уехать, сегодня должно все решиться.
- Тебя тошнило всю ночь, у тебя скорее всего адаптация спишем на это. Скажешь, что заболела и вынуждена была покинуть Китай и вернуться на Родину.
Голова действительно шла кругом, а Эдик в моих глазах сейчас расплывается.
Меня пошатнуло и он придержал меня руками, чтобы я не полетела вниз. Документы рассыпались по полу.
- Черт, возьми, мне нужно отдать их на рассмотрение.
- Я вызвал тебе такси в аэропорт, служащие соберут твой чемодан. Стой пока тут, я соберу документы.
Я оперлась рукой о стену и попыталась выровняться.
- Эдик...
- Да?
- Ты отнесешь документы? Мне нужно полежать.
- Никаких полежать, у тебя самолет через два часа. Документы я сам отнесу, можешь не волноваться.
Такси прибыло через двадцать минут, тем временем мой чемодан уже стоял рядом со мной. Эдик чмокнул меня в щеку и посадил в машину. Забронированный заранее бизнес-класс позволил мне пройти регистрацию очень быстро. Пряди волос липли к вискам и духота порождала выделение во рту желчи. Весь полет я была в забытье и мечтала вздохнуть свежий воздух. Меня мутило и подташнивало.
Приземлившись, я первым делом позвонила Тимуру.
- Алло, ну как все прошло? Лиля?
- Тим, я в аэропорту, мне плохо.
Я не знаю, сколько времени прошло, я потерялась в прострации. Я сидела на скамье и рассматривала свои руки, чтобы на чем-то сосредоточиться и не отрубиться. Скорее всего, я подхватила какой-то вирус. Мелкая дрожь сотрясала все тело, хотя на улице была почти летняя температура. Голова дернулась так резко, что в глазах помутнело. Тимур ладонями поднял мой подбородок и взглянул в глаза.
- Тим, слава богу, ты приехал, - прохрипела я пересохшими губами.
- Что с тобой? - Голос жесткий, не похожий на обычную интонацию.
- Я не знаю, меня мутит.
Он, не говоря ни слова, подхватывает меня под руки и ведет к машине.
- Чемодан, там, - хриплю я.
- Знаю, сейчас я вернусь и заберу.
В машине прохладно, голова даже немного проясняется. Тимур кладет мой чемодан в багажник и садится за руль. Машина трогается с места, и я выдыхаю. Тим рядом, значит, все будет хорошо.