Я смотрю, как искажаются её черты лица и вырываю свою руку.
Вот только не успеваю и шагу ступить, как она толкает меня больно в грудь. От удара мои ноги подкашиваются, и немой крик замирает в горле. Я хватаюсь рукой за живот и кубарем лечу с лестницы, больно ударяясь об ступеньки.
Боже мой, нет... Последнее, что проносится в моей голове, прежде чем меня накрывает темнота...
36
Часть 2
« Помнишь, ты называл меня ущербной»
5 лет спустя...
Ростислав.
Я стою около зеркала во весь рост и надеваю рубашку. Пытаюсь перестать хмурить брови, но из отражения на меня смотрит слишком жестокий мужчина. У него холодный взгляд, заостренные черты лица и казалось бы он абсолютно бессердечный тип.
Про таких как я говорят, что пойдет по головам, но цели своей добьется.
Знали бы они, что я уже пять лет как потерял покой и везде ищу ее, не поверили бы. На кладбище стоит круглосуточная охрана, но она так и не приходит.
Я не могу поверить в то, что Лиля ни разу за эти долбанные года не навестила Тимура.
Она словно испарилась, растворилась в воздухе, а у меня нутро горько спирает, сердце разрывается, я живу как манекен. Делаю то, что мне положено, постоянно зависаю на работе лишь бы занять свои мысли чем-то другим.
На груди красуется огромная цепь с крестом, и я беру его в руки. Никто не знает, что с другой стороны сделан тайник. Я щелкаю замком и смотрю на фото. На нем она улыбается, глаза светятся безграничным счастьем. Я всегда ношу ее с собой, боюсь, что когда-нибудь потеряю и с ним и себя окончательно. Я провел долгое расследование. Выяснил, что на самом деле случилось. Как же я был удивлен тем, что Лилю подставили тогда, я рвал и метал, крушил все вокруг, а когда успокоился, нанял опытных сыщиков. Я хотел ее вернуть, грезил и молил мысленно о прощении, но все безрезультатно. След терялся. Никто не знал, где она. Все молчали как рыба, даже эта разговорчивая Катерина. Стоило на нее надавить, как она в слезы.
«-Не видела я ее, она ушла и все»,- кричала она.
И тогда я начал предполагать самое страшное. Темная тягучая боль прокралась в мое тело. Неужели с ней что-то случилось? Если это так, то я этого не переживу. Сдохну окончательно вместе со своей тугой оболочкой, похожей на безжизненного робота.
- Любимый, давай я завяжу тебе галстук, - доносится до меня сзади.
Я захлопываю крышку креста и резко разворачиваюсь.
Лера подходит ко мне с грацией кошки и ловко завязывает галстук, затягивая его умело, прижимаясь ко мне своим телом.
- У нас давно не было секса, - говорит она, - ты вечно на работе, а я скучаю дома.
- Займись чем-нибудь, съезди к родителям.
- Я устала, Росс, нам нужен ребенок, давай съездим в приют, я тебя умоляю.
Я сжимаю челюсти и разжимаю. Валерия стала постоянно на меня давить, шальная мысль о общем ребенке ее не отпускает. Честно говоря, я не горю желанием, но думаю, что придется сдаться.я
Четыре года назад ей поставили диагноз бесплодия, и с тех пор она не в себе. Меня все устраивает, но вот ее нет. Все наши разговоры сводятся к одному - Лера горит идеей усыновления.
- Я подумаю, - хрипло отвечаю и отхожу в сторону.
- Ты уже давно говоришь мне об этом, но дальше разговоров мы не продвигаемся. Росс, я устала, мне нужна цель, тебя почти всегда нет дома, а этот ребенок может нас объединить. У нас будет полноценная семья, да и родители настаивают, я не могу им признаться, что никогда не смогу родить. Росс, умоляю тебя, давай съездим сегодня.
- Хорошо, но у меня одно условие.
- Какое?
- Мы не поедем в приют в городе. Позвони в Шанхай и договоримся на шесть вечера.
Лера отпускает мой галстук и целует меня в щеку.
- Спасибо, я все сделаю. Наконец-то моя мечта осуществится.Росс ты не представляешь насколько я счастлива.
Я наклоняюсь, целую ее в щеку и направляюсь к выходу, бросив на ходу: - Я за тобой заеду, дай водителю выходной на сегодня.
За эти пять лет я сколотил немалое состояние. Выкупил наш дом и полностью обеспечиваю родителей и семью Кирилла и Анабель. У меня два племянника, которых я очень люблю. О своих детях я никогда не задумывался. Есть кому оставить наследство, и это все. Пока племяшки подрастут. Мы уже с Кириллом все обговорили.
Конечно, о Лиле в семье не говорят. Не смотря на мои попытки оправдать ее перед родителями, они все воспринимают критически.
Вскоре я перестал что-то им доказывать, тем более после смерти Тимура - это был слишком сильный удар для всех.
Я выхожу из дома и сажусь в свой новенький Mercedes. Завожу двигатель и опять мысленно возвращаюсь к Лиле. Где ты? Неужели это моя карма до самой смерти? Закрыв глаза на секунду, чувствую ее запах проникающим в ноздри и распространяющимся по телу. Ее не выветрить, не убрать и никогда не стереть из памяти.