-Или может быть как я пыталась забрать отсюда своих детей и жить спокойно, но меня просто сбросили с лестницы? Или как ты решил взять себе ребенка и из всех детей выбрал мою дочь? Ты даже спустя пять лет не даешь мне покоя. Все из-за тебя слышишь? Все мои беды из-за тебя! Я живу хорошо, со мной все отлично. Тебе здесь не место.
- Как ты сказала? - прошептал он. Я заглянула в его глаза и замерла, увидев, какой яростью они полыхнули.
- Вынашивала моего ребенка? Моего ребенка!
- Ты обвинил меня во всех грехах, назвал шлюхой. Ты думаешь, ты бы поверил мне тогда? Нет. Ты думаешь, я способна на то, чтобы переспать с Тимуром? Он был мне братом, самым родным человеком на этой планете, и ты об этом знал. Ты с легкостью поверил в нашу связь, а затем в то, что я могла его убить, толкнуть под машину. Я его любила.
Росс неожиданно подскочил, схватил меня и потащил куда-то.
-Куда ты меня несешь?- кричу я.
- Прочь отсюда! Ни минуты больше не хочу, чтобы ты была здесь. Поговорим в другом месте.
- А ну отпусти, я никуда не уйду отсюда.
Росс продолжает двигаться вперед, как танк, пока его не останавливает Людмила Михайловна.
- Отойдите с дороги- говорит он.
- И не подумаю отнеси Лилю обратно, она не желает с тобой никуда идти.
Людмила Михайловна сверлит его взглядом, но Росс лишь усмехается.
- Я советую вам уйти с дороги, если не хотите, чтобы я подал на вас жалобу.
Даже я вздрагиваю от того какой яростью пропитан его голос.
Людмила Михайловна отпускает взгляд и отходит в сторону, уступая дорогу.
Росс несет меня к машине и сажает вперед, заботливо пристегнув ремнем безопасности.
- Куда ты меня повезешь? - спрашиваю я.
- Домой, Лиля, все хватит нагулялась.
Я резко дергаю головой и смотрю на него как на умалишенного.
- Мой дом тут, я думала, мы поговорим, и ты вернешь меня обратно.
- Ты сюда больше не вернешься, можешь забыть о этом месте навсегда - хрипит он.
- Росс…Что это все значит?
- Сейчас я заберу дочь и мы уедем.
Я как рыба открываю рот и закрываю.
Росс идет обратно к воротам, но я его окрикиваю.
- Ты заберешь обоих моих детей, иначе я никуда не поеду. Диану и Давида.
41
Мне кажется, что это какой-то сон. Сейчас я ущипну себя за руку и проснусь. Затем снова окажусь в своем сером и унылом жилище, где единственная радость для меня - мои дети. Но ущипнув себя, я все ещё продолжаю сидеть в машине, а из ворот выходит Ростислав, держа под руку Диану. Сзади нахмурившись и сжав руки в кулаки идет Дамир. Он искоса поглядывает на сестру, но та что-то безудержно рассказывает Россу.
Идеальная картинка, но это все в моих мечтах. На яву я инвалид с двумя детьми. Какой мужчина захочет взять такую ношу на свои плечи? А даже если и согласится, то я не обреку никого на такую жизнь. Россу вскоре все надоест, и я останусь все так же со своими детьми, только добавится в груди ещё одна незаживающая рана. Не хочу всего этого, я просто не переживу ещё одну царапину на своем сердце.
-Мамочка, а мы правда уезжаем? - Лепечет Диана, как только садится в машину.
-Дядя сказал, что мы сюда больше не вернемся. Я, показала палец, как меня учил Дамир, вот этот, Вовке и Гарику пусть знают, что моего брата обижать нельзя.
Росс ухмыляется, а Дамир дергает Диану за волосы.
-Аааа , - вопит она.
-Дамир, ты что действительно научил сестру плохому жесту?
-Что происходит? - Вместо ответа спрашивает он, - почему мы должны ехать с ним?
-Дамир, - одергиваю я.
-К чему такая спешка? И почему Диана говорит, что мы сюда не вернемся?
-Поговорим позже, - произношу я.
Я бросаю косой взгляд в сторону Ростика, но он лишь хмурит брови и плавно выруливает на дорогу, думая о чем-то своем.
Я смотрю по сторонам, за пять лет в Шанхае ничего не поменялось, вернее стало ещё хуже. Мусора как будто прибавилось, банки и бутылки валяются повсюду, и едкий запах просачивается даже сквозь плотно закрытые окна.
Мы едем примерно час, затем Росс поворачивает на проселочную дорогу и проезжает примерно километр, останавливаясь около большого забора. Диана мирно спит, а вот Дамир не сводит с дороги напряженного взгляда.
Ворота разъезжаются в разные стороны, и я смотрю на огромный особняк, окруженный листвой деревьев. Внезапно, словно гром среди ясного неба, вспоминаю, что Росс женат на этой рыжей переводчице. Ладони резко становятся влажными, а лицо заливает краска стыда.