Мне кажется, местные девушки не всегда в курсе, что одежда в принципе существует. Они крутятся между посетителями в блестящих стрингах, с обнаженной грудью, украшенной различными рисунками или разноцветными стекляшками вместо драгоценных камней.
Мы отличаемся от местных и не остаемся незамеченными. Лис проверяет время, у новеньких осталось всего пятнадцать минут на то, чтобы появиться тут. Мы же с Каем отшиваем назойливых шлюх, и перенаправляем их Витару. С виду милый мальчик, невинно хлопая ресницами, рассказывает им о самых грязных и жестких сексуальных играх, в которые он будет с ними играть, и что с ними потом будет. Девушки, повидавшие все, что только можно в своем районе, бледнеют и быстро уходят, наконец, оставляя нас в покое. А мы ржем, искренне благодаря Психа за спасение. Еще не хватало подцепить от них какую-нибудь дрянь.
Кайра зовет охранник. Наши новенькие объявились.
Все добрались. Грязные, запыхавшиеся, с расширенными зрачками и одинаковым выражением лица, когда адреналин еще держит, а голова уже понимает, что дальше будет хуже.
— Неплохо, — бросает Лис, окидывая их взглядом. — Редко бывает такое, что на первое задание добираются все.
Новенькие снова выстраиваются неровной линией. Нервничают. Я чувствую это даже сквозь похоть и боль, пропитавшие стены Ямы насквозь. Кто-то, несмотря на ужас в глазах, умудряется пялиться на голых девок.
— Даже не мечтай, — Кайр это тоже замечает. — Секс для вас пока привилегия, а привилегии надо заслужить. Ваше место сегодня там, — указывает на арену. — Самостоятельно регистрируемся. Удачи снова не желаю.
— А где змея? — спрашивает один из парней, заметив, что Миры нет на моей шее.
— Не волнуйся, я найду, как отволочь ей на ужин твое никчемное тело, — отвечаю, глядя ему в глаза. Он нервно сглатывает и делает шаг назад.
— А почему это сразу мое? — на эмоциях он продолжает говорить со мной.
— Потому что твой страх убьет тебя быстрее, чем соперник, — все так же ровно разъясняю парню.
— Ты все еще здесь? — опасно интересуется Ардан, внезапно оказавшись у новичка за спиной.
— Нет, — за каким-то хреном отвечает он, и, наконец, сваливает вслед за остальными.
Толпа реагирует сразу. Шум поднимается, ставки оживают, люди подтягиваются плотнее к арене. Девушки опасливо смотрят на нас и обходят стороной. Витар довольно скалится, ерзая на найденном где-то стуле.
Первую пару на импровизированный ринг выводят быстро. Парень напротив — местный. Коренастый, тяжелый, с разбитыми костяшками и пустым взглядом. Он знает, что делает. Новенький делает вид, что тоже знает.
Бой начинается без сигнала. Новичок бросается первым, резво, даже красиво. Попадает сопернику в плечо. Местный отвечает, вкладывая в рывок опыт, скорость и умение работать с собственным весом. Сбивает дыхание нашему парню, кладет его на лопатки, прижимая к бетонному полу. Хруст костей слышен отчетливо, даже сквозь крики. Ребра? Плечо? Неважно. Новенький дергается, пытаясь вдохнуть, но у него ничего не получается. Я вижу, как от нехватки кислорода он закатывает глаза, из последних сил стараясь удержаться в сознании. Местный поднимается, нашего под руки уводят с арены.
Вторая пара держится дольше. Этот новичок уже не лезет вперед. Он ждет. Пропускает удар, еще один, но остается на ногах. Потом бьет снизу, неаккуратно, но точно. Колено. Хрип. Местный падает. Толпа взрывается, мы лишь переглядываемся и киваем друг другу. Реально неплохой состав.
Третий парень из тех, что мы привели, ломается еще до выхода на арену. Он стоит у ограждающей ленты, смотрит на бетон, на кровь, на чужие лица и просто отступает на шаг. Потом еще на один. Потом разворачивается и исчезает из виду. Никто за ним не бежит, Ардан лишь усмехается:
— Минус один.
Дальше все происходит еще быстрее. В какой-то момент мне даже становится скучно.
Кого-то выносят без сознания. Кому-то разбивают лицо так, что завтра в Академии его не узнают. Один орет, укачивая сломанную руку. Еще двое выигрывают.
Я оглядываюсь в поисках того парня, который так и не вышел на ринг. Его нигде нет.
— Минус два, — тихо говорю своим.
— Будет минус три, если тот не очухается, — Кайр напоминает про того, кого вынесли с ринга.
— Погрешность, — пожимает плечами Лис. — У остальных есть шанс.
— Мизерный, судя по тому, что мы видели, — высказывается Витар.
— Но есть, — замечает Ардан.
ГЛАВА 8
Эмма
Мне жаль…