— Вот проклятье, — вырывается у меня, когда у этой самой машины включаются полицейские мигалки и со спецсигналом она трогается за нами.
— Откуда вы тут только взялись в такое время? — Бубнит под нос водитель, сбавляя скорость и прижимаясь к обочине.
Мы останавливаемся. Прямо за нами паркуется машина дорожной инспекции и свет от ее мигалок накрывает нашу машину, мечется по капоту, бросает тени на снег. Я сижу, задерживая дыхание, и думаю, что сейчас и правда было бы здорово оказаться невидимкой.
К нам неторопливо, с легкой ленцой подходит инспектор в форме со светоотражающими вставками, хлопает ладонью по крыше и склоняется к приоткрытому окну со стороны водителя. Он всматривается в салон, разглядывая нас обоих, и на его сытом лице появляется довольная улыбка.
— Добрый вечер, — он чуть растягивает слова. — Документы, пожалуйста.
Водитель передает свои. Инспектор проверяет и просит его выйти из машины, сообщив, что тот прилично превысил скорость, допустимую на этом участке дороги.
— Вы тоже выходите, юная леди. И не забудьте удостоверение личности, — обращается ко мне. — Дочка? — спрашивает у водителя.
— Нет. Попутчица.
Инспектор кивает и вновь смотрит на меня, требовательно дернув бровью. Приходится отстегиваться и выходить на мороз. После теплого салона он чувствуется еще резче, и у меня начинают стучать зубы, что, конечно же, не остается незамеченным.
Второй инспектор присматривается ко мне еще внимательнее.
— Я просто замерзла, — объясняю ему.
— Ну-ну. Документы покажи, — жестче требует он.
Роюсь в рюкзаке, достаю свой ID и протягиваю мужчине, стараясь держаться спокойно. В конце концов я ничего не нарушила.
Сканер тихо пикает. Инспектор смотрит на экран планшета, потом на меня и снова в планшет. Что-то листает, его густые брови заметно сходятся у переносицы.
— Из Верхнего, — констатирует он. — Вы далеко собрались, Мисс? — его тон заметно меняется, становясь более осторожным.
— Просто погулять, — отвечаю первое, что приходит в голову.
Мама всегда учила меня, что даже глупости надо говорить уверенно, тогда люди вокруг начинают ощущать неловкость и их мысли с этой секунды занимает размышление: а не глупее ли они, чем ты? И им будет легче согласиться, чем оспорить, ведь никому неприятно чувствовать себя глупцом в обществе.
Инспектор, замешкавшись от моего ответа, чуть склоняет голову набок и со скепсисом уточняет:
— Ночью. За город. Одна.
— Почему нет? Такая чудесная погода сегодня, — улыбаюсь ему. — Мне захотелось подышать свежим воздухом.
У мужчины заметно пульсирует венка под глазом, а когда порыв ветра толкает мой капюшон мне же в затылок и тело до костей пробирает от холода, кажется, что сама зима решила наказать меня за эту крохотную ложь. Но это ведь и не ложь, на самом деле. Я из тех, кто говорит правду. Я ведь на самом деле решила поехать в Норвейл и погулять там, просто умолчала о том, что сначала сбежала из дома.
Он еще раз заглядывает в планшет. Я вижу, как на экране что-то мигает, и нехорошее предчувствие иголкой впивается мне под ребра.
— По протоколу мы не можем оставить вас здесь, Мисс, — сообщает мне инспектор. — Придется проехать с нами.
— Я ничего не нарушила, — вспыхиваю я. Злость поднимается резко, горячо. — Я просто еду в пригород. Давно ли это запрещено законом, Сэр? — обращаюсь к нему холодно-официально.
— Я понимаю ваше недовольство, — его мои эмоции не трогают абсолютно. Супер! Чего я ждала, если даже родителям все равно? — Есть правила, — все так же осторожно, но твердо объясняет он. — Будь вы старше двадцати одного, сейчас поехали бы дальше. Думаю, вам это известно. Ваш отец — юрист, наверняка разъяснял вам основы законодательства.
Пока я пытаюсь вспомнить, что все-таки могла нарушить, меня подталкивают к машине дорожной инспекции.
В восемнадцать ты вроде бы совершеннолетний, но как будто не до конца, потому что ряд ограничений действует вплоть до двадцати одного года. Что-то вроде поэтапного взросления и введения в ответственность. Ну и права, конечно, так же добавляются постепенно.
ГЛАВА 4
Эмма
— Прошу вас, Мисс, — для меня открывают заднюю пассажирскую дверь. Вижу, как водитель рассчитывается наличными с первым инспектором, садится в свою машину и уезжает.