- Как всегда, красноречиво, - Ольга улыбнулась мне, а я невольно залюбовался ее густо накрашенными глазами. – Знакомьтесь, это Андрей.
Она положила ладонь на плечо своему мужу, и тот, оторвавшись от яркого экрана телефона, наконец, посмотрел на меня.
«Ну так даже неинтересно», - разочаровано подумал я, когда увидел, что Андрей обычный мужик. Не додик, но и не красавец-спортсмен. Среднестатистический.
- Виктор Иванович. Можно просто Виктор, - я протянул руку, и мы с Андреем обменялись рукопожатиями.
- Очень приятно, - кивнул мне супруг Ольги и опять уткнулся в телефон.
Возникла неловкая пауза. Но тут музыканты начали играть какую-то заводную джазовую композицию, и я решился.
- Ольга Владимировна, если вы не против, давайте немного потанцуем?
Она обернулась к мужу, тот едва заметно кивнул.
Мы вышли на танцпол. Я взял руку Оли в свою, а другую положил ей на спину, едва касаясь кофточки. Какое-то время мы покружились в такт музыке. В нашей паре вел всегда я и даже не рассчитывал, что Оля может проявить какую-то инициативу, тем более при муже. Я мельком поглядывал в сторону Андрея, но тот продолжал скучающе пялиться в телефон.
- А ваш супруг не будет ревновать? – спросил я, широко улыбнувшись.
- Нет. Я сказала, что вы гей, простите.
Я чуть было не поперхнулся.
- Да? А как он относится к меньшинствам? – нужно было поинтересоваться заранее, вдруг Андрей захочет со мной «разобраться» за гаражами.
- Абсолютно спокойно. Он психолог.
«Хоть что-то смог из нее вытянуть», - грустно подумал я.
Ну что ж. Следовало ожидать, что Ольгу привлечет какой-нибудь представитель науки, а не обычный офисный труженик. Хотя я представлял в качестве ее мужа кого угодно, начиная от стриптизера, заканчивая машинистом дальнего следования, но никак не психолога. Хотя, встреть я этого Андрея на улице, то скорее подумал бы, что он какой-нибудь диджей. Ну кто надевает футболки на приличное мероприятие? Неужели не мог привести себя в порядок? Сидит и всем видом показывает, как ему тут скучно, и что он сделал великое одолжение своей жене, придя на эту неказистую тусовку.
Мы с Ольгой находились на танцполе еще какое-то время, пока она не начала отстраняться и мотать головой, мол, устала. Я довел ее обратно до их стола. Когда мы приблизились, Андрей спросил меня, где можно покурить. Я ответил, что только на улице, или на внешнем лестничном балконе, куда ходят те, кому лень спускаться вниз на лифте.
Андрей нервно чиркнул зажигалкой, и я предложил проводить его. Ольга в этот момент достала из сумочки пудреницу, посмотрела в маленькой зеркальце и, улыбнувшись, сказала, что тоже скоро придет.
***
Мы с Андреем вышли на балкон, и нам в лицо тут же ударил промозглый зимний ветер. Я был в пиджаке, и то неприятно поддувало, но вот Андрей, в одной футболке, казалось, совсем не мерз. Он глядел вниз с бетонного ограждения, что-то высматривая в вечерней темноте. Город уже готовился к Новому году, и под нами многие магазины и окна жилых домов уже были украшены гирляндами и светодиодными лентами. В воздухе царила праздничная атмосфера, вот только у меня наедине с этим человеком только сильнее портилось настроение.
«Он ничего мне не сделал, я не должен к нему предвзято относиться. Если Оля его полюбила, значит, он хороший человек. Психолог», - повторил я про себя, будто последнее было обязательными критерием хорошего человека. Наверное, плохой не станет по долгу службы работать с теми, у кого и так жизнь не задалась?
- Все мужчины, которых знает Оля, всегда внезапно оказываются геями. Настоящая эпидемия, - вдруг заговорил Андрей, не вынимая из зубов сигареты. – Но на счет вас… Виктор Иванович, - он, видимо, пытался вспомнить, как меня зовут, – вы точно не гей.
- Почему вы так решили?
- Ко мне, бывает, приходят на приемы обеспокоенные женатые мужчины за тридцать, которые внезапно начинают вожделеть себе подобных и хотят от этого «вылечиться». Мне достаточно на вас посмотреть, чтобы понять, есть у вас подобной проблемы или нет и никогда не было. Наоборот, - он опять на меня посмотрел и сощурился, – вам, вероятно, нравится Ольга. Могу предположить, что вы ее даже любили. Или любите до сих пор.
«Пошел в жопу», - мысленно послал я его. Хороший человек стал бы надо мной издеваться, даже если бы все понял?