Девушка вздрогнула, но промолчала. Сейчас был не самый лучшей момент для беседы, но Лестрейндж продолжила:
- Теперь я могу контролировать не только твое тело, но и твое Сознание, правда, пока сама ты спишь. Знаешь, мне это стоило больших трудов – найти Химеру. Кентавры, эти мерзкие грязнокровки, снова пытались меня поймать. Но это не так важно. Важно, что у меня не получилось уничтожить этого эгоистичного придурка! Запомни, я не дам ему избавиться от меня! – и она снова безумно рассмеялась, пронзив Гермиону головной болью.
- Милая, с тобой все в порядке? – раздался голос мадам Помфри будто издалека. Девушка со страхом посмотрела на колдомедика.
- Она хотела убить его, – одними губами произнесла Гермиона.
Мадам Помфри не сразу поняла, что гриффиндорка имеет ввиду, но потом сообразила:
- Вы напуганы, но теперь все в порядке, вы в безопасности. Хогвартс защитит вас даже от Химеры, – с этими словами ведьма подала Гермионе костерост. А потом ушла снова к себе, шепча под нос что-то вроде: «Не хорошо все это, не хорошо…».
========== Глава 61 ==========
Посреди ночи дверь в Больничное крыло распахнулась. Послышались встревоженные голоса и топот спешащих ног. Гермиона вздрогнула и распахнула глаза. Девушка дремала, уснуть ей так и не удалось после событий, которые произошли всего несколько часов назад. Закрывая веки, она видела устрашающей образ Химеры. Фантазия гриффиндорки показывала ей страшные картины: умирающий Северус, растерзанный диким животным, оторванные конечности самой девушки, и мрачные коридоры Подземелий.
Взволнованные приглушенные голоса вырвали ее из неглубокого сна и заставили прислушаться. Голоса принадлежали директору, Йоргенсену, Снейпу, Хагриду и… Батшеде Бабблинг. Распознать лесничего было просто. Копна каштановых волос была видна над ширмой, а также его шепот, который больше походил на обычный уровень звука, говорящего человека.
- Батшеда, я до сих пор не могу поверить, как вы могли допустить такое, – МакГонагалл была очень зла. Нотки ярости, которые проскакивали в ее голосе, давали это четко понять.
Послышался скрип кровати совсем недалеко от Гермионы. Видимо на нее кого-то или что-то положили.
- Минерва, я уже не раз вам объясняла. Я понятия не имею, как он туда пробрался, – профессор Древних рун была чем-то сильно раздосадована.
- Конечно не имеете никакого понятия, когда вместо того, чтобы патрулировать заваленные подземные коридоры, вы, профессор Бабблинг, пытаетесь наладить свою личную жизнь, – естественно даже сейчас от профессора зельеварения исходила ядовитая желчь.
Снова послышался скрип открывающейся двери. Из своей комнаты вышла мадам Помфри. Она что-то тихо сказала, чего Гермиона Грейнджер не смогла разобрать, и снова удалилась к себе. Через мгновение она снова вышла и начала суетиться, прося преподавателей ей не мешать.
- Если мальчик не выживет, я вызову авроров и передам вашу судьбу в их руки, – директор, видимо, снова обращалась к Бабблинг.
Темнокожая женщина воскликнула, на что мадам Помфри попросила быть тише, иначе это сулило тем, что они могли разбудить мисс Грейнджер. Гермиона еле заметно улыбнулась, услышав свое имя. Наступила тишина, которая заставила немного напрячься.
- Она не спит, – спокойным, но до жути ледяным голосом пояснил зельевар и резким движением отодвинул ширму.
«Чертов легилимент!» – подумала девушка и, повернувшись к тем, кто стоял за ее ширмой, попыталась присесть на подушках. Она не успела понять их реакцию, так как взгляд упал на соседнюю кровать, около которой суетилась колдомедик. На ней лежал изувеченный Брайн Бродерик. Его грудь едва взымалась, казалось, что он совсем не дышал. Гермиона едва слышно воскликнула, приложив ладонь к губам. Казалось, никого не удивило, что Снейп так легко отодвинул ширму, показывая девушке, что произошло с пятикурсником.
- Профессор Снейп, вы уверенны, что именно сейчас стоит спрашивать девочку об этом? – поинтересовался Хагрид, переключая взгляд от Гермионы к зельевару.
- Мисс Грейнджер уже не спит, а нагло подслушивает. Не думаю, что вопрос, который мы собираемся задать, как-то помешает ее отдыху, – саркастично ответил декан Слизерина и высокомерно улыбнулся, посмотрев на гриффиндорку.
Гермиона растеряно рассматривала лица профессоров, пытаясь понять, что ее ждет. Но кроме встревоженности на них ничего не отражалось. Разве что лицо Северуса Снейпа снова было искажено гримасой усмешки. Девушка уже прекрасно понимала – то, что произошло с Брайном, это как-то связано с ней.
Директор МакГонагалл несколько секунд свирепо посверлила затылок зельевара и только потом, тяжело вздохнув, сняла очки, убрала их во внутренний карман мантии и устало спросила:
- Мисс Грейнджер, раз уж вы не спите, то случайно не знаете, почему мистер Бродерик мог направиться в заваленные подземные коридоры?
Девушка отрицательно покачала головой, смотря на еле живого парня.
- Но что с ним произошло? – вместо определенного ответа спросила она.
- Снова произошел обвал, и мальчик оказался под ним, – пояснила директор, тоже смотря на Брайна. – Хагрид вытащил его оттуда.
Тут в разговор встрял профессор Йоргенсен, который все это время воздерживался от беседы.
- Не буду утверждать, но пока мы шли сюда, я наблюдал за мистером Бродериком и мне кажется, что в то время он находился под Империусом и…
- Профессор Йоргенсен, достаточно, – прервала его МакГонагалл.
- И повторял ваше имя, мисс Грейнджер, – глаза Северуса Снейпа сияли каким-то загадочным огнем.
На него, видимо, запрет директора в обнародовании дополнительной информации не распространялся.
Минерва МакГонагалл тактично промолчала, но ее взгляд говорил о том, что она с удовольствием бы убила зельевара за то, что любит подливать масло в огонь, да так, чтобы поленья горели очень долго.
- Это исключено! – мадам Помфри встала на защиту девушки, понимая, что ее подозревают в преступлении. – Мисс Грейнджер не покидала лазарет, да и как это возможно, если у нее сломана нога!
Но Северус Снейп снова проигнорировав чужие слова, взял с прикроватной тумбочки палочку Гермионы и что-то прошептал. Из палочки гриффиндорки вырвалось облачко зеленого дымка.
- Нет, я отказываюсь в это верить! – прогремел Хагрид на все Больничное крыло. – Нет и еще раз нет! Гермиона не могла… да это же абсурд! Ни за что не поверю. Ни за что!
- Рубеус, прошу вас успокоиться, никто не утверждает, что мисс Грейнджер сделала это сама, – попыталась успокоить его директор.
- Но кто? – Снейп развернулся на сто восемьдесят градусов, чтобы встать лицом к директору.
- Северус, прекратите, мисс Грейнджер ни за что не смогла бы никому навредить! – тут уже не выдержала МакГонагалл.
Зельевар только хмыкнул и вернул палочку гриффиндорки на место. Гермиона была уже готова удариться в слезы, совершенно не ожидая такого предательства.
- Значит, в школе кто-то есть, кто-то очень опасный, – сказал Абрахам Йоргенсен, скрещивая руки на груди.
- Послушайте, коллеги, наша школа достаточно хорошо защищена, чтобы кто-то мог пробраться сюда посреди ночи, – казалось, директор была растеряна, ее уверенность быстро спадала на нет. В конце концов, ее уверенность разрушил Снейп.
- Значит, она защищена недостаточно сильно, – произнес зельевар, направляясь к выходу из лазарета, давая понять, что ему тут больше делать нечего.
Гермиона Грейнджер недоумевающе смотрела на свои коленки, укрытые одеялом. Она совсем не понимала действий профессора Снейпа. То он признается ей в любви и готовности защищать, то он вонзает нож в спину, готовый выставить тебя врагом всего Хогвартса.
- Дети находятся в гораздо большей опасности, чем я предполагала, – тихо сказала директор, обращаясь больше к себе, чем к тем, кто ее окружал. – Сегодня мисс Грейнджер останется здесь, а дальше я решу, как нам поступить, – добавила ведьма, намекая всем, что пора уходить.
Когда закрылась дверь за Хагридом, Гермиона сидела на своей постели и смотрела на Брайна. Она понимала, что больше не может контролировать Беллатрису Лестрейндж.