А потом произошло нечто странное и неожиданное. Кариб выскользнул из рук хозяйки, плавно приземлившись на все четыре лапы. Айша опустила руки и ее глаза застекленели. Было ощущение, что она вся окаменела. Загорела кожа побледнела, если такой тип кожи мог вообще бледнеть. Гермиона резко подскочила, собираясь помочь женщине, но Бенджамин остановил ее, резко схватив за руку. Помещение погрузилось в молчание. Все чего-то ждали. Даже дети притихли.
Через несколько секунд, которые показались вечностью, Айша заговорила. Подняв руку, она указала на зельевара и снова замерла, продолжая находиться в оцепенении:
- Когда настанет ночь покоя, падет ОДНА,
Забрав с собой ВТОРУЮ,
Но тьма окутает ТРОИХ.
Ты не найдешь себе покоя,
Пока союз не соединит двоих!
Потом ее глаза закрылись, на лице появился румянец. После нескольких глубоких вдохов женщина снова открыла глаза и посмотрела на мужа.
- Надеюсь, я не предрекла смерть, – нервный смешок в ее голосе говорил, что она была не уверена.
- Нет, – тепло улыбнувшись, ответил ей Бенджамин, хотя в глаза читался неподдельный ужас.
Снейп повернулся к столу. Перед ним стояла чашка с кофе, которую он опустошил залпом, несмотря на то, что напиток был все еще горячим.
- Мне. Ты предрекла мою смерть, – ответил он будничным тоном.
Бенджамин устало и с горечью прикрыл глаза. Он прекрасно знал, о чем думал его друг, и кто такая ОДНА и кто такая ВТОРАЯ. Он понимал, что если умрет ВТОРАЯ, то Северус Снейп тоже канет в вечность.
Айша взглянула на спину друга растерянным взглядом:
- Пожалуй, я пойду прилягу, – и удалилась.
Ужин прошел в молчании. Но Гермиона не прикоснулась к еде – девушка была опечалена пророчеством Айши. Гриффиндорка уже поняла, что Айша была не просто прорицателем, она была прорицателем-легилиментом. О второй способности она догадалась по обрывкам фраз из беседы Айши и Северуса, пока она играла с детьми.
Гермионе Грейнджер и Северусу Снейпу была предложена единственная гостевая комната в доме. Здесь была двуспальная кровать и диван. Зельевар благородно уступил кровать девушке. Когда свет погас, каждый лежал в своей постели и изучал потолок. Им не хотелось разговаривать. Тишина и темнота ночи приветливой Александрии говорили о многом.
Спустя пару часов девушке все еще не спалось. Она посмотрела на наручные электронные часы (подарок родителей). Почти полночь. Выбравшись из-под одеяла, гриффиндорка тихонько сползла с кровати и подошла к дивану, где все еще не спал Северус Снейп. В глазах мага мелькнул блеск звезд, когда Гермиона прильнула к его губам, тихо прошептав:
- С днем рождения, Северус Снейп.
Комментарий к Глава 65
* Характерный силуэт «властного костюма» для женщин – сильно приталенный пиджак с широкими плечами и короткая юбка или брюки. Как правило, не из строгих, а из ярких тканей, то есть не для работы, а больше для отдыха. Правда, он будет на писке моды только в 2006 г., но начинает набирать обороты в конце 90-ых.
========== Глава 66 ==========
Неукротимое желание захлестнуло зельевара. Звук рвущейся ткани футболки Гермионы не смог остановить их. Вкус ее губ, жар ее тела манили и были сладки. Подобно цветку лотоса она раскрывалась в его крепких объятиях. Ей не хотелось никуда бежать. Горечь вечера, которая все еще витала в комнате, превратила эту ночь на другом конце света в таинство между двум любящими людьми, судьба которых была уже предрешена.
Гриффиндорка впустила его в себя и немой стон заглушил ту боль, которая таилась в его сердце. Пусть на время, но весь страх потерял свой смысл. Маг ласкал ее, пьянея от приторно сладкого запаха тела, от запаха луговых цветов в волосах. Он любил ее, пока холодные предрассветные лучи не заставили вспыхнуть комнату алым цветом.
Северус Снейп знал, что это была последняя ночь, когда она могла быть только его.
***
За час до запланированного отбытия в Хогвартс зельевар и Гермиона спустились на кухню. Там их ждал Кариб, растянувшийся на столе, и Бенджамин, потягивающий свой утренний кофе. Он выглядел усталым и разбитым. Араб тоскливо улыбнулся, смотря на своих гостей.
- Я не буду спрашивать, как вам спалось, зная, что вы не спали. Я бы мог сказать, что не одобряю то, что вы оставите в стенах моего дома. Но вы, англичане, устроены совсем по-другому, – его теплая улыбка заставила гриффиндорку покрыться краской стыда.
Потом Бенджамин пригласил их к столу, где уже остывала на тарелках воздушная яичница.
- Айша не смогла отпустить вас без сытного завтрака, – виновато ответил араб. – И еще она попросила узнать, ты точно все решил?
- Решил что? – спросила Гермиона. Ее напрягало то, что она единственная была не в курсе происходящего.
Но ее вопрос был проигнорирован.
- Она разве не знает ответа? – приподняв бровь в саркастическом удивлении спросил Северус Снейп.
- Ты находишься в смятении. Твое сердце внушает тебе одно, а разум твердит другое. Она не может проследить результат твоих смятений, – ответил Бенджамин, смотря в окно, где уже ярко светило солнце. Здесь солнце поднимается слишком рано. Все было слишком рано.
- В таком случае, да, – ответил маг, присаживаясь за стол.
***
Как и вчера на территории Хогвартса лежал снег. Да и куда ему было деться, если на дворе была середина зимы. Северус Снейп шел быстрым шагом по направлению к замку. Гермиона Грейнджер, как и следовало ожидать, не поспевала.
Остановившись на середине моста, зельевар резко обернулся к гриффиндорке. На его лице снова была маска сарказма и безразличия, что ни капли не смутило девушку. Ей казалось, что это в порядке вещей – они ступили на территорию школы, где ему положено быть преподавателем, а ей студенткой.
- Мисс Грейнджер, – начал Снейп с таким холодом в голосе, при котором, казалось, снег должен неминуемо превратиться в лед. – Ваша подруга, мисс Уизли, прибыла в замок несколько дней назад. То, что вы все еще спите в моих покоях – недопустимо. Поэтому вы обязаны вернуться в свою комнату. Моя миссия вожатого бойскаутов окончена.
Девушка не успела ничего сказать, как профессор зельеварения снова развернулся и направился в замок. Маг больше не обращал внимания на нее. Безразличие в его поведении больно ударило в ее сердце.
Гермиона подбежала и попыталась взять его за руку, но зельевар ловко увернулся и запахнулся в мантию. На ватных ногах и со спутанным сознанием гриффиндорка добралась до школы.
В холле Хогвартса их ждала директор МакГонагалл. Она внимательно посмотрела на вошедших поверх очков и произнесла дрожащим от сдерживающего недовольства голосом:
- Профессор, мисс Грейнджер, прошу пройти в мой кабинет, – старая ведьма развернулась на каблуках на манер Снейпа и мелкими быстрыми шагами направилась к директорскому кабинету.
Гермиона Грейнджер поняла, что ничего хорошего ждать не придётся. Оказавшись в кабинете директора, она присела на стул около директорского стола, который до сегодняшнего момента казался мягким и уютным. Сейчас же он напоминал раскаленную металлическую табуретку. Снейп же предпочел стоять, заведя руки за спину.
- Ну что, ваше путешествие было успешным? – спросила директор, хотя, судя по голосу, это было не первым, что ее сейчас волновало.
- Если вы о том, попадала ли Грейнджер в неприятности, то можно сказать, что все прошло весьма неплохо, – начал зельевар в своей саркастической манере.
- А как мы можем помочь ей?
Они общались так, будто гриффиндорки здесь и в помине не было.
- На этот вопрос я отвечу позже, – все, что и сказал маг, поглядывая сверху вниз на каштановые кудри девушки.
Только сейчас МакГонагалл обратила внимание на то, что Гермионе требовался отдых. Ведьма незамедлительно отправила девушку в башню Гриффиндора, решив отложить разговор с ней на другое время. Дождавшись, когда девушка покинет помещение, директор кинула суровый взгляд на профессора Снейпа.