- Как давно здесь делали ремонт? – спросила девушка, осматривая трещину на стене возле окна.
Зельевар усмехнулся:
- Когда ты еще не родилась.
- Я бы на твоем месте позаботилась об этой трещине, она выглядит опасно. Тут видно иней. Не думаю, что от камина на первом этаже будет толк, – противореча себе, Гермиона разожгла огонь в камине одним взмахом палочки.
Снейп только скептически поднял бровь. Быстро же гриффиндорка освоилась. Но эти мысли также быстро улетучились из его головы, как и пришли туда. Потом маг молча направился по скрипучей лестнице на второй этаж и далее на чердак.
Именно здесь лежали вещи его матери. Среди них должна была быть коробка с магловскими тетрадями в клетку. Именно в них Эйлин вела дневники шариковой ручкой, которые покупал ей Тобиас. Отец Северуса считал, что это дешевле и расходуется медленнее в отличие от чернил. В этих дневниках должен был быть ответ на вопрос, который мучал зельевара. Только пророчество Эйлин могло на многое пролить свет.
Коробка с тетрадями нашлась довольно быстро. Она стояла на старом письменном столе, прикрытая какой-то старой ветошью. Зельевар не стал медлить и, забрав коробку, спустился в гостиную, где оставил Гермиону.
Спустившись, маг нашел девушку около камина. Она смотрела на огонь, обняв себя. Снейп поставил коробку на журнальный столик около дивана и подошел к ней.
- Пламя так завораживает, – не отводя взгляда от огня, сказала гриффиндорка и поежилась.
- Ты замерзла, – больше утверждая, чем спрашивая, сказал маг и, сняв мантию с себя, накинул ее на плечи Гермионе.
Девушка прикрыла глаза и ухватилась за края мантии, будто это была самая лучшая одежда в мире. Потом она повернулась к магу и посмотрела ему в глаза.
- Северус, – прошептала она и, встав на носочки, коснулась его губ. Зельевар не ответил. Он даже не дотронулся до нее. Поняв, что зря пытается, девушка отступила. – Прости, не знаю, что на меня нашло.
Северус Снейп поджал губы и отвернулся к книжному шкафу. Маг еще ощущал жар от ее поцелуя, ненавидя собственное чувство самообладания. Он ненавидел себя.
- Вот, – чтобы разрядить обстановку, маг достал Историю дома Принц и дал ее Гермионе. – Открой тринадцатую главу. Тебе будет важно это прочесть.
Гриффиндорка удивленно подняла брови и села на диван с книгой, аккуратно пролистывая страницы. Книга оказалась невероятно старой. Обложка местами была потертой и растрепанной. Страницы, казалось, были сотканы из сухих осенних листьев, которые вот-вот развалятся.
- Можешь читать вслух, – уточнил зельевар и сел рядом с ней, пододвигая к себе коробку. Мужчина предусмотрительно снял свой пиджак и закатал рукава рубашки.
Гермиона посмотрела на его красивые руки и закусила нижнюю губу, вспоминая, как они еще недавно ласкали ее. Но нужно было вернуться к книге.
Найдя нужную главу, она начала было читать, но Снейп прервал ее:
- Начни с третьей страницы главы, там более важная информация.
Девушка закатила глаза, но сделала, как просил маг, и немного откашлявшись, начала чтение:
«К этим гонениям и увяданию Благородного Дома Принц привели события весны 1592 года.
Знаменитый маг-зельевар Алессандро Принц в то время переехал со своей женой и двумя детьми в небольшую магическую деревню, чтобы в тишине и покое продолжать работу над зельем, которое бы помогало запоминать больше информации.
В этой же деревне жил еще один зельевар, к которому, по слухам, приезжал сам Министр магии. Его звали Гектор Дагворт-Грейнджер. Гектор был вдовцом и один воспитывал свою единственную дочь Габриэллу. Девушка была способной ученицей своего отца и делала невероятные успехи в зельеварческом мастерстве.
Алессандро всегда хорошо относился к своим коллегам и даже считал, что непременно нужно быть не просто в приятельских отношениях, а даже в дружеских. Его приятный нрав всегда располагал к себе людей, и поэтому ему не составило труда подружиться с Гектором Дагворт-Грейнджер. Габриэлла подружилась и со старшей дочерью Алессандро Принца, Вивьен, и стала частой гостье в его доме.
Принц часто беседовал с Габриэллой, которая также занималась созданием зелий. Она часто спрашивала его совета. Ей, как никому другому, разрешалось бывать в его лаборатории. Такое близкое общение не нравилось жене Алессандро Марте, но у Вивьен не было других подруг в данном, как выражалась Марта, «Мерлином оставленном месте», и ей приходилось терпеть присутствие этой ведьмы в своем доме.
Обстоятельства, при которых произошли следующие действа, неизвестны, но Габриэлла в ту роковую ночь осталась в доме Принцев. По словам Даниеля, сына Алессандро и Марты, которому к тому моменту было уже четырнадцать лет, дочь Гектора Дагворт-Грейнджер провела ночь в покоях его родителей, когда мать уехала по каким-то неотложным делам. Мальчик видел девушку той ночью в последний раз в своей жизни, потому что после того дня она больше не приходила к ним в дом, и не выходила на улицу.
Причину такого поведения Габриэллы объяснил сам Алессандро, когда его осудили за неконтролируемую магию. В ту ночь мисс Дагворт-Грейнджер соблазнила его, и они провели ночь вместе, но на утро Принц понял, зачем молодой красивой девушке нужен был мужчина тридцати девяти лет. В местной газете написали статью о Габриэлле, которая изобрела зелье Долгой памяти. Алессандро избил девушку и проклял ее и весь ее род без произношения заклинания Рокового проклятия. Он считал, что она украла его записи, украла его идею, а в довесок еще и разрушила его семью.
После этого, по словам очевидцев, Габриэлла потеряла свой магический дар и в ее руках волшебная палочка была просто красивой деревяшкой».
Дочитав, девушка поняла, что хотел ей показать Снейп, и подытожила:
- Интересная история, – сказала Гермиона, закрывая книгу. – Не думаешь ли ты, что Габриэлла моя прародительница?
- Нет, я не думаю так, – ответил Северус, откладывая толстую тетрадь, купленную некогда его матерью в магловском магазине. – Я знаю.
- Это бред, Северус, я обычная маглорожденная. Будь у меня такой предок, со мной бы обращались уважительней. Забудь об этом, Северус.
Маг молча повернулся к гриффиндорке. Взяв из рук Гермионы книгу, он открыл ее на последних страницах и вернул гриффиндорке. Это была гравюра, на который была изображена… Она сама. Надпись ниже гласила:
Габриэлла Дагворт-Грейнджер 1573-1610 гг.
Была лишена магической силы путем проклятия Алессандро Принца по причине плагиата зелья Глубокой памяти.
Гермиона Грейнджер поморщилась:
- Ты что-нибудь знаешь о том, что произошло с Габриэллой?
- Нет, но есть человек, который может в этом помочь. То, что он знает, может помочь и тебе, и мне.
- К чему ты клонишь?
- Все, что происходит в этом учебном году в Хогвартсе, тесно связано с пророчеством Эйлин Принц.
========== Глава 73 ==========
- О, Великая Моргана! – гневно прошипела Гермиона, смотря на герб над входной дверью. – Так вот чем вызвано твое внезапное решение взять меня с собой в Паучий Тупик, а потом и в Годрикову Впадину!
Девушка грозно посмотрела на Снейпа, ожидая от него хоть каких-то объяснений. Но зельевар уже взялся за кольцо на двери, чтобы постучать.
- Ты, старый плут, прекрасно знал, что Слизнорт любит общество своих выдающихся учеников. Поэтому ты меня сюда притащил?
Когда в магическом мире стало все спокойно и Горацию Слизнорту не пришлось больше прятаться, он вновь обосновался в своем доме.
- Девочка, не забывайся. И прояви уважение…
Но Снейп не успел договорить. Входная дверь распахнулась. На пороге стоял Гораций Слизнорт в своем старом турецком халате.
- О, мисс Грейнджер, Северус, не ожидал увидеть вас здесь, – он был явно удивлен внезапным визитом. – Что вас сюда привело? Ученикам же нельзя покидать стены Хогвартса во время учебных занятий.