Девушка нервно оттянула подол и поставила ноги ровно. Снейп поспешно закутался в свою черную мантию и отошел к столу, где незамедлительно стал проверять работы.
Записав то, что говорил профессор зельеварения, Гермиона приступила к приготовлению Амортенции. Она аккуратно отмерила тридцать одну унцию Желчи броненосца, стала ждать, наблюдая, как она закипает и в процессе меняет цвет. Она больше не опозорится с невероятно сложным зельем, как пару лет назад с напитком Живой Смерти у Слизнорта.
Вдруг рядом с ней раздался вопль подруги.
- Нет-нет-нет, только не это! – рыжая успела пролить Желчь броненосца на стол. На том месте, куда попало ядовитое зелье, уже образовалась шипящая и дымящаяся дыра.
Снейп оторвал взгляд от домашних работ учеников и посмотрел на стол, где сидели Грейнджер и Уизли.
- Мисс Грейнджер, помогите своей подруге начать варить Амортенцию. Минус десять очков за испорченный стол! – сказал он, возвращаясь к проверке.
***
Во время обеда Джинни все еще не перестала негодовать от того, что Снейп забрал десять очков у Гриффиндора за какой-то там стол, который было легко восстановить. А Гермиона думала над тем, что сегодня она ляжет спать только с рассветом, так как зелье готовить не десять минут, а еще надо было аккуратно пробраться в лабораторию. Благо у нее было полно слизи флоббер-червя.
Направляясь на ЗОТИ, она не переставала об этом думать. Но когда у двери класса ее встретил сияющий профессор Йоргенсен, голова опустела.
- Гермиона, Джинни, проходите, – сказал он, улыбаясь.
Абрахам Йоргенсен выглядел бодрым, но был гораздо худее, чем до болезни. Это вызывало небольшие опасения у Гермионы. Но и сама она не отличалась пышущим здоровьем, так как Беллатриса продолжала высасывать из нее жизнь.
Когда прозвенел колокол, объявивший о начале урока, Абрахам Йоргенсен сел на край своего стола и оглядел класс.
- Простите, что подверг вас таким мучениям – созерцать профессора Снейпа в два раза больше, чем того требует расписание, но болезнь есть болезнь и я с этим ничего не мог поделать, – он улыбнулся, но улыбка была немного печальной.
- В среду я попросил профессора Снейпа дать вам задание – прочесть параграф учебника о василиске. Что вам удалось запомнить?
Появился лес рук. Среди них были руки Джинни и Гермионы.
- Мисс Кларк, – вызвал он Элизабет, которая с воодушевлением начала рассказывать.
.
- Василиск вылупляется из куриного яйца, высиженного жабой, вырастает в длину до пятидесяти фунтов. Еще он относится к категории четыре икса. Это означает, что он опасен для волшебников и не поддается приручению.
- Хорошо. Мистер Оствард?
- Ну, их взгляд способен убить, как и яд в клыках. Очень важно, что яд находится только в клыках, в теле его нигде нет.
- Отлично. А теперь я расскажу вам историю, связанную с Хогвартсом. Из нее можно сделать определённые выводы о том, как защититься от Царя змей, как еще называют василиска, – профессор Йоргенсен весело подмигнул Гермионе.
И он рассказал все события от начала и до конца о том, как Том Риддел выпустил змея из подземелий, как умерла ученица третьего курса Пуффендуя. О Гарри, который спас Джинни и всю школу, и даже о том, как был уничтожен хоркрукс – дневник Волдеморта.
Когда он закончил рассказ, то обратился к Гермионе:
- Мисс Грейнджер, вы не могли бы дополнить мой рассказ?
Та встала со своего места. Девушка ожидала подвоха.
- Даже после смерти яд василиска не испаряется. Это было проверено на собственном опыте. Когда мы с Рональдом Уизли спустились в Тайную комнату, то труп огромной змеи все еще лежал на том месте, где в 1993 году Гарри Поттер пронзил василиска мечом Годрика Гриффиндора. Мы с Роном воспользовались клыком, чтобы уничтожить чашу Пенелопы Пуффендуй, которая также была хоркруксом. Я думаю, что скелет все еще находится там, но посмотреть на него уже не представляется возможным по причине того, что и вход туда может открыть только человек, говорящий на парселтанге. После того, как пал Волдеморт, Гарри утратил такую способность и как я знаю, больше людей, говорящих на этом языке, нет.
Гермиона Грейнджер закончила свою историю и вернулась на место. В классе была тишина. Эту часть истории ученики не знали. Разве что Джинни и Невилл.
- Это было весьма интересно, – одобрительно кивнул профессор Йоргенсен. – Пять очков Гриффиндору за информацию, которой нет в учебнике.
Потом они повторили всевозможные варианты защиты от василиска и на этом урок ЗОТИ был окончен.
========== Глава 26 ==========
Гермиона сидела в кресле гостиной, поджав ноги, и читала большую толстую книгу «Нумерология. Эпоха Нострадамуса». Наконец-то пришёл ответ из Министерства вместе со стопкой заказанных книг. Девушка коротала время за интересным чтением. Совсем скоро вся башня Гриффиндора заснет, а она отправится в свои маленькие путешествия в Подземелья. А потом с криками петухов ляжет спать, так как зелье нужно варить сейчас, отложить до выходных будет поздно.
Часы пробили полночь, когда последняя группка учеников отправилась спать. Подождав, пока за ними закроются двери спален, Гермиона потянулась, разминая затекшие конечности и достала из-под себя сложенную мантию-невидимку, на которой сидела все это время. Хорошо, что Гарри не требует ее назад. Пока не требует. Иначе все могло закончиться гораздо печальней.
Девушка оставила книгу на кресле, зная, что до утра никто ее не возьмет, накинула мантию и тихо выскользнула из башни. Сегодня на ней была обычная пижама, растянутая майка и шорты, еле прикрывавшие ягодицы, ну и, конечно же, носки. Без них она бы ни за что никуда не пошла.
Как и всегда, она надеялась, что ее никто не заметит, и Филч сейчас патрулирует Главный вход, по крайней мере он занимался этим последние несколько дней, так как Пивз все еще прилетал туда и писал гадости на стенах. Одно из последних звучало так:
Хогвартс смоет в туалет,
Передавай **вну привет!
И главное, он писал это несмываемой краской, которая выцветала около двух суток. Видите ли, в нем проснулся художник-поэт. Когда его критиковали, если ругань можно назвать критикой, он впадал в импровизированный обморок и кидался в тех, кто его осуждает, банкой с краской, что соответственно было неприятно.
Она медленно спускалась, прислушиваясь к каждому шороху. Вдруг из стены выплыл Почти Безголовый Ник.
- Доброй ночи, мисс Гермиона, – сказал он и собирался проплыть дальше, но вдруг остановился и обернулся к тому месту, где она стояла. – А разве вы не должны сейчас видеть сладкие сны в своей теплой постели?
Гермиона растерялась, уж кого-кого, а сэра Николаса она не ожидала увидеть. Его способность, как и у других приведений видеть невидимое, несколько напрягала.
- Вообще-то да, но… – девушка пыталась что-то придумать.
- О, не переживайте, я никому не скажу, что видел вас. Вы все же истинная гриффиндорка, – и подмигнув, уплыл в неизвестном направлении.
Гермиона, стоя под мантией-невидимкой, прислонилась спиной к стене, пытаясь собраться с мыслями. Сэру Николасу можно было доверять, но что, если ее увидят другие приведения? Она вообще о них забыла, так что нужно было быть еще бдительней и осторожней. Придя в себя, она все же продолжила свой путь вниз.
Дойдя до лаборатории, она огляделась и прислонила ухо к двери кабинета Зельеварения. Все было тихо. Прошептав отпирающее заклинание, она так же, как и в прошлый раз, приоткрыла дверь и протиснулась внутрь. Гермиона немного постояла, давая глазам привыкнуть к темноте. Когда девушка уже более-менее привыкла, то стала по памяти и наощупь пробираться к двери, ведущей в лабораторию. Прислушиваясь, она тихо толкнула дверь и вошла внутрь, не подумав ее закрыть.
Подойдя к стеллажам, девушка прошептала:
- Люмос.
На полках было все так же, как и обычно. Найдя взглядом то, что ей необходимо, она решила сбросить мантию, так как в ней неудобно было складывать ингредиенты в сумку. Как только она это сделала, за ее спиной послышался звук закрывающейся двери. Гермиона застыла в оцепенении. Поймана. Девушка закрыла глаза в ожидании чего-то страшного и непредвиденного, но услышала лишь холодный мужской голос, который принадлежал Северусу Снейпу.