Почти весь следующий день они спускались вниз. Заметно потеплело, хотя воздух здесь был суше, чем по гондорскую сторону гор. Перед ними расстилалась казавшаяся бескрайней равнина Нурн.
— Доводилось мне бывать в Мордоре раньше, — сказал один из бывалых, с которым Эландер следил за оркопоклонником в Осгилиате, — Но не здесь, а на севере, на плато Горгорот. Там совсем всё по-другому. Небо закрыто пеплом, повсюду кучи вулканического шлака, солнца не видно, потому не растет ничего толком. Сразу понятно: страна Зла и Тьмы. А тут благодать.
Эландер был с ним согласен. Зеленая равнина, покрытая ровными прямоугольниками полей, расположенными вдоль сверкающих рек, на страну Зла не походила совсем.
— Даже Злу надо что-то есть, — ответил он слышаной ранее фразой.
Они спускались все ниже, пока, наконец, Йогред не распорядился устроить лагерь.
— Здесь останется основная часть. Мы же с тобой, — он ткнул пальцем в Эландера, потом ещё в троих пограничников, — и вами пойдём в разведку. Молодняк пускай пока хворост собирает и отдыхает. Им ещё в атаку идти, а они крови не нюхали.
— Какого вообще к нам прислали этих сосунков? — спросил один из рохирримов, которых Йогред отрядил надзирать за устройством лагеря.
— Это не сосунки, — всезнайка Берехтель не мог удержаться что бы не блеснуть информированностью, — это беспризорники. Бьюсь об заклад, у каждого из них за плечами имеется парочка-другая трупов.
Рохиррим крякнул.
— Государь Элессар в милости и мудрости своей послал их к нам на воспитание, — веско сказал Йогред, — так что вы тут спину-то друг другу прикрывайте. Пацаны с зубами.
Рохирримы зачесали в затылках, забурчали, но не стали возражать своему лидеру.
Йогред отдал последние распоряжения по устройству лагеря, особенно напирая на то, что костры должно разводить в ямах, дабы не быть замеченными, и в компании Эландера и ещё нескольких разведчиков направился вниз. Начинало темнеть, на равнине загорались редкие огоньки, обозначавшие селения.
— Парням нельзя вот так сразу с головой в бой, — начал Йогред, — им пока не хватает уверенности в себе. Спаянности не хватает. У нас, в Рохане, юношей с детства приучают воевать вместе. В прежние времена чтобы повзрослели их в набег отправляли, а сейчас на охоту водят, чтобы с детства крови не боялись.
— Думаю, эти крови не боятся, — заметил Эландер.
Рохиррим заржал, хлопнул его по плечу. Всё-таки другом или врагом он меня считает? — подумал Эландер.
— Крови не боятся, это да. Но кровь врага, пролитая вместе, в бою, сделает из шайки малолетних бандюков отряд молодых воинов. Но и ещё момент есть. Юнцы, которые терпят неудачу на первой большой охоте, после никогда уверенность себе вернуть не могут, потому у нас их в мужское воинское братство не берут. Да и неудачливые они, а на войне удача — первое дело.
Понятно. Йогред хочет сводить молодёжь на кровавое дело, но попусту терять никого из новобранцев не планирует. Задача разведки — найти подходящее селение, которое будет вырезано, якобы в наказание за набег. Парни будут думать, что карают злодеев, а на деле…Ладно. Такое было раньше, и такое будет всегда.
Он отрешился от мыслей о том, что правильно, а что нет, и занялся своим привычным делом: смотрел по сторонам и вслушивался. Эландер втянул носом воздух.
— В той стороне очаг, — указал он рукой, — шагов триста, не более.
По сигналу Йогреда отряд остановился. Рохиррим принюхался.
— Точно, дымом пахнет. А может трава горит?
— Нет, — уверенно ответил Эландер, — это очаг. Жарят мясо. Поросенок.
И тут же мысленно выругал себя за то, что не сдержался.
Йогред немного подумал, и повел отряд в сторону указанную Эландером.
Через двести шагов уже все слышали звуки деревни. Пограничники припали к земле и осторожно поползли вперёд. Хорошие разведчики. Даже Эландер услышал бы их с трудом. Тем более что в деревне был праздник.
Когда они подползли настолько близко, что могли разглядеть детали, Эландер удивился так, как уже думал не придется удивляться никогда.
С пяток домишек стояли вкруг, посредине была утоптанная площадка, что-то вроде площади. Посредине площадки в кругу камней пылал огонь, на угли капали, аппетитно шкворча, капли жира. Вокруг костра плясали несколько пар. Мужчины и женщины. Неподалеку в пыли возилась стайка ребятишек. Все выглядело так, словно где-то у подножья Белых гор селяне праздновали сбор урожая. За одним небольшим исключением: у костра сидело несколько орков. Настоящих, широкозадых мордорских орков. Они пили пиво и притопывали в такт музыке.