— Ну, мрази…— прошипел один из разведчиков, — предатели…
— На такое нашим ребятишкам глядеть нельзя, — прошептал Эландер.
— Нельзя, — подтвердил Йогред, — в атаку!
И он рванул вперёд. Остальные, ни мгновенья не колеблясь, последовали за ним. Эландер замешкался. Это же люди, женщины, дети! Возможно, орки их взяли в плен и заставляют…
Мысли неслись в его голове вскачь. Внезапно он понял, что должен сделать.
Разогнавшись на полную скорость, он ворвался круг света у костра. Пнул под коленку Йогреда, тот упал и зарылся носом в утоптанную землю площадки.
— Уходите! — заорал Эландер людям, — Прочь! Сейчас же!
Женщины хватали детей в охапку, мужчины тоже и не думали сопротивляться. Пограничников вел инстинкт, потому они первым делом атаковали орков. Те рубились отчаянно, но шансов против превосходящего противника у них не было. Они попадали замертво один за другим. К тому моменту, как Йогред поднялся и унял хлещущую из носа кровь, все было кончено. Деревня обезлюдела.
— Ты…
Йогред направил клинок в сторону Эландера.
— Ты на чьей стороне вообще!?
— Государь Элессар не велит убивать людей, даже слуг Тьмы. Только орков, троллей и гоблинов. Остальные имеют право на справедливый суд, — деревянным голосом отчеканил Эландер. Он прикидывал, как отсюда сбежать, когда начнется заваруха. Если начнется. В конце концов здесь нет верных Йогреду рохирримов. Тут только разведчики.
— Командир, он дело говорит. Орков мы завалили, люди бежали, — подал голос один, вставая рядом с Эландером.
— Так даже лучше. Можно по домишкам посмотреть, вдруг есть чего стоящего, — сказал второй, и, не дожидаясь разрешения, пошёл к ближайшему дому. Остальные последовали за ним, и вскоре Эландер остался в круге света вдвоем с Йогредом. Оба напряженно молчали.
— Хрен с тобой, дурак, — наконец сказал Йогред, закидывая тесак на плечо.
Он развернулся и пошел к домам.
Глава 10
Обратный путь в крепость был безрадостным. Йогред был мрачнее чем тучи, окутавших горные вершины, и холоднее ледяного ветра, лютовавшего на перевале. Юнцы-новобранцы не очень хорошо понимали, что произошло в деревне, ведь вернувшиеся из набега пограничники не отвечали на расспросы о произошедшем, отделывались лишь общими фразами. Однако беспризорная жизнь в разоренной войной стране приучила новобранцев, что когда ничего не происходит – это хорошо. Так что то, что им не досталась обещанная Йогредом кровавая драка, их не стильно напрягало, они сожалели лишь о добыче, которую могли бы взять. А вот снегопад, застигший отряд на обратной дороге, их испугал. Выходцам с равнин Гондора снег был практически неизвестен, он выпадал там не каждый год. Для ветеранов же снежные бури были делом привычным и известным, климат северного Прирунья, где проходила последняя военная кампания Государя, не отличался дружелюбием.
Во время перехода через перевал они и попытались расправиться с Эландером.
Крупные рослые рохиррим шли впереди всех, пробивая дорогу в снегу, молодёжь цепочкой шла по их следам, связавшись веревкой. Эландер шёл замыкающим. Вьюжило все сильнее, сухой снег поднимало ветром. Они уже приближались к высшей точке перевала, Эландер понял это по тому что стало совсем ничего не видно. Снежная туча оседлала перевал, легла прямо на земную твердь, и группа пограничников шла прямо сквозь тучу. Рохиррим, похоже, хорошо знали путь, и ходили по нему не в первый раз, сам по себе Эландер не смог бы точно определить, в каком направлении надо двигаться. Он споткнулся о камень, скрытый под снегом, и упал на колени. Снег смягчил падение, Эландер поднялся. Странно. Веревка, обвязанная вокруг пояса, не натянулась, когда он остановился. Эландер дернул её дважды. Ещё перед тем, как их накрыла буря, Йогред велел всем обвязаться веревкой, и сказал, что, в случае если что-то идет не так, надо дернуть верёвку два раза. Если идущий сзади дергает дважды, надо передать этот сигнал вперёд по цепочке. Так он быстро дойдёт до головы каравана. Эландер подтянул веревку к себе, почувствовал, как она натянулась и дернул ещё дважды. Она поддавалась, пружинила, но ответного сигнала не было. Он начал двигаться вперёд, наматывая веревку на локоть. Так он преодолел пару десятков шагов, но веревка всё не кончалась. Насколько он помнил, расстояние между путниками составляло шагов пять-семь, не больше. Наконец он достиг конца веревки. Она была привязана к гнущемуся под порывами ветра кусту. Эландеру захотелось сесть в снег, закрыть глаза и уснуть. Он ещё в детстве слышал от охотников на снежного барса, что смерть от холода легка. Хотя откуда им это знать? Из чертогов Мандоса ещё никто не возвращался, чтобы рассказать, какой из множества путей, ведущих туда, приятнее. И есть ли таковой вообще.