Утолив голод, они прошлись с Алиной по помещению, чтобы размять тело. Остановились у окна с раскуроченной форточкой и некоторое время рассматривали унылый однообразный пейзаж. Безделье и тишина угнетали. И спустя время вернулись на диван, укутались в одно одеяло и задремали. Проснувшись, Лида опустила глаза и улыбнулась: Алина спала и тихонько сопела.
Осторожно, чтобы не разбудить ее, девушка встала и снова приблизилась к окну. Судя по положению солнца, время было далеко за полдень. На приглушенный звук шагов в коридоре девушка быстро очутилась около дивана, готовая защищать Алину, если того потребуют обстоятельства. Склонившись над девочкой, она погладила ее по волосам.
– Вижу, мое гостеприимство пришлось вам по вкусу, – раздался сбоку самодовольный голос Костюма.
Лида разогнулась, и от слов этого человека ее передернуло.
– Вам это только кажется, – отозвалась она.
Ухмылка слетела с лица мужчины.
– Собирайся, пора поговорить с твоим начальником.
– Я без Алины никуда не пойду, – сказала она, скрестив руки на груди.
Костюм долго переводил взгляд с нее на диван, испытывая ее на прочность. Отвратительная ухмылка расплылась на его губах, когда он сказал:
– Вы мне обе нужны. Проследи только, чтобы она не вопила, – состроил кислую гримасу он и сделал знак вошедшим вместе с ним наемникам.
Еще до того, как они двинулись вперед, Лида метнулась им наперерез. Присела на корточки и легонько тронула Алину. Та нахмурила черные бровки и открыла глаза. Нашла ими Лиду и встрепенулась.
– Вставай, маленькая.
– Папа? Папа приехал за нами? – с надеждой просила она.
– Нет, Алина. Нам нужно еще немножко подождать.
– Хочу к папе, – растирая кулачком слезинку, захныкала Алина.
– Иди ко мне, – Лида вытянула руки, и дочь Дамиева мгновенно ухватилась за них. – Еще чуть-чуть, милая, – прошептала девушка.
– Обещаешь?
– Да, – и крепко сжала детские пальчики.
Они спустились на первый этаж и прошли в большое помещение, заставленное оборудованием. Лидия на миг застопорилась, заметив того пугающего своими выходками второго бандита – худощавого и белобрысого. При ее появлении он, глядя ей прямо в лицо, облизнулся. Догадаться, какие фантазии роились в его больной голове в данный момент, большого труда не составило. Равно, как и догадаться о его истинных намерениях. Лиду передернуло.
Дабы отвлечь себя от мерзкого ощущения, распространившегося вдоль позвоночника от липкого взгляда этого худощавого мужчины, она отвела глаза. Ее цепкий взор из этого, казалось бы, бардака выхватил и вполне упорядоченный уголок, где на столах размещались ноутбуки, мониторы с изображением близ лежащей территории, стопки с папками и ящики с незнакомыми для девушки устройствами; на тумбе поодаль стояла дорогая кофемашина, кулер с водой, переносной холодильник и микроволновка.
Лиду принудили сесть в кресло; Алина залезла к ней на колени и только крепче прижималась, испуганно таращась на незнакомых вооруженных людей. Потом в помещение втолкнули другого человека – мужчину, с завязанными глазами и руками и кляпом во рту. Лида сглотнула сухой ком, вставший от одного только воспоминания о таком же положении. Этого мужчину грубо перевели в соседнюю каморку, где ярко горел свет, и жужжали какие-то приборы. Лида внутренне сжалась, отчего-то предчувствуя близкую развязку.
Другая дверь распахнулась, впуская Костюма. У него в руке было переговорное устройство, которое он приблизил к Лиде и тихо велел:
– Говори. Только без глупостей.
Лида без лишних слов поняла, с кем ей разрешают пообщаться и вмиг растерялась.
– Руслан Игоревич, мы в относительном порядке, – услышала она свой голос.
Кажется, он облегченно выдохнул и ласково спросил:
– Как ты, милая? Вас не обижали?
– Нет, – и будто почувствовав его следующий вопрос, она сказала: – Алина со мной. И очень хочет вернуться к папе.