– Если не согласишься добровольно, я подам в суд. И он будет на моей стороне, Рус, потому что я – мать! – гордо вскинула она голову. В зеленых глазах проскользнули отблески торжества. – Любая экспертиза это докажет.
– Мать?! – опасно прищурился Дамиев и презрительно выплюнул: – А сколько ты ей матерью-то была?
– Сколько посчитала нужным, – взвизгнула Инесса. – Я все же выполняла свой материнский долг и…
– Да ты дочку на руки ни разу не взяла! – безжалостно перебил он ее. – К груди не приложила, чтобы покормить! Красоту всё берегла!
– Да, – сорвалось с губ возмущенное сипение. – То есть нет! У меня молоко пропало…
– Не унижай себя очередной ложью, Инесса, – презрительно скривил губы Руслан.
– Дамиев! Ты, как обычно, всё переворачиваешь. Я…просто я.. А ты…
Руслан качнул головой. Он чувствовал нарастающую панику Инессы, и тем отчетливее видел ее настоящие мысли. Всего один раз она на эмоциях высказала ему то, отчего казалось, будто в сердце гвозди забили. «Ты навязал мне ребенка, Руслан! Я не хотела рожать!». Однако мысли ее порядочностью не отличались, и каленым железом отпечатались в мозгу: «Я родила только, чтобы зацепиться за роскошную жизнь, которую обеспечить мог только ты».
– Просто ты оставила меня и двухмесячную дочь. Исчезла больше, чем на пять лет, и прекрасно жила, не вспоминая о ней. Я с ног сбился, перевернул вверх тормашками весь город, пока тебя искал, а наша дочь на крик исходила, лишившись отцовского тепла, когда я вынужден был отвлекаться на поиски никчемной мамаши! Ведь ты своего тепла и внимания ей никогда и не давала. А потом ты звонишь и говоришь, что чувств нет, что дочь тебе не нужна, и ты ее рожать не хотела вообще! Мол, нашла свое счастье с другим мужиком, – ярость внутри Руслана клокотала настоящим вулканом, а голос наполнился звериным рычанием. – Я готов бы положить мир к твоим ногам. Казалось, любил так, что в груди горело.
– А сейчас? – Инесса учуяла его слабину и кокетливо хлопнула неестественно длинными и густыми наращенными ресницами.
И тут же в памяти Дамиева всплыли другие глаза, большие, серые, с золотистыми крапинками, с пушистыми веерками темных ресниц. Глаза то ласковые и искрящиеся неподдельной нежностью, то сверкающие от избытка эмоций. И вот сейчас реально в сердце полыхнул пожар. Руслан вернулся в свою реальность и жестко ответил:
– Сейчас, Инесса, после тебя там пепел.
– Да, после меня ты никого уже не сумеешь полюбить, – горделиво сказала она, и превосходство отразилось на лице.
– Не будь так уверена, Инесса, – улыбнулся Руслан, оскаливаясь, подобно волку. – Обычно золой удобряют почву. Не считай себя самой неотразимой. И знаешь, что я понял? – завладев вниманием Инессы, издевательски выгнул одну бровь и продолжил: – Ослепленный твоей внешностью, пустой оболочкой, я выдумал свою любовь к тебе. Теперь я прозрел. Исцелился. Выздоровел, – ровно говорил Руслан, отмечая, как с Инессы слетает вся спесь.
– Этого не может быть! – почти прошипела она, злобно поджимая губы.
– И не спрыгивай с темы, Инесса, – безжалостно напомнил он женщине о смысле их разговора. – Мой ответ – нет. Ты не получишь опеки над дочерью. Потому что ты – никудышная мать!
– Ах так?! Я хотела по-хорошему, – Инесса встала. – Знай, я уже обратилась в суд и претендую на совместную опеку над дочерью и…полное содержание! – яркие глаза вспыхнули неприкрытой алчностью.
Бинго! Руслан тоже встал и расправил плечи. Все как он и предполагал, всё как он и увидел. Посмотрел на Инессу, и внутри зашевелилось чувство какой-то гадливости. Неужели когда-то он наивно полагал, что сумеет изменить эту женщину? Думал, его любовь, забота и красивая жизнь исправят некоторые черты характера, которые ему не нравились в Инессе. Он терпел ее капризы, приступы раздражения и несправедливые обвинения в свой адрес. Однако стоило ему намекнуть, мол, пора расстаться, мы не подходим друг другу, она зашла со своих женских козырей и штучек. Взяла его лаской. Научилась контролировать свои эмоции в его присутствии, и ему показалось, будто она стала спокойнее. Господи, как же он ошибался. Влюбленность и желание создать настоящую семью не позволили ему воспользоваться своим внутренним сканером – ведь тогда он считал нечестным и низким подглядывать в мысли любимой. И после каждой очередной эмоциональной вспышки Инессы, Руслан боролся с искушением прочитать ее. Как жаль, что так он поздно понял, кем она на самом деле являлась, иначе выпроводил бы Инессу подальше. Стоило всего разок нарушить данное себе слово и окунуться в настоящие мысли и чувства Инессы, он, ужаснувшись, решил поставить окончательную точку в их отношениях. Остановили две полоски на тесте, который предъявила ему Инесса. Он до последнего надеялся, что общий желанный ребенок все изменит, свяжет их крепкими узами. Но оказалось, желанным этот малыш был только для него. А Инесса нагло пользовалась своим новым положением и благосклонностью Руслана. Стиснув зубы, Инесса выносила дочь, не желая расставаться с роскошью и легкой жизнью, однако сразу после родов занялась исключительно собой. Руслан с горечью осознал всю тщетность своих попыток воззвать к материнскому сердцу Инессы, и признал свое полное поражение. И посвятил себя дочери, так похожей на него.