Лида тяжко вздохнула, заставив нахмуренные брови Дамиева разгладиться. Он легонько провел костяшками пальцев по щеке девушки, завел за ушко непокорную прядку, провел подушечкой пальца по ее нижней губе. В груди стало тепло и тесно, как становилось всякий раз, когда рядом оказывалась Лида. Стоило понять, что Лида тоже не могла выбросить из головы мысли о нем, вмиг обдало жаром. Девушка ощущала себя растерянной, в ней бурлил целый поток противоречивых чувств, некоторым из которых она пыталась сопротивляться. Он – Руслан Дамиев – стал для нее настоящим наваждением. И к его радости, не вызывал в девушке ни капли отвращения или неприятия. Это воодушевляло.
Как Лида боролась с собой, так и Руслан гасил в себе растущее желание обнять девушку сию секунду, прижать к своей груди и, убаюкивая в своих руках, шептать слова успокоения. Так же уверенно крепло в нем стремление вытравить из ее сознания жуткие воспоминания о прошлом, избавить от всех бед, помочь и утешить. Но больше всего его поразило желание обладать Лидой единолично, как если бы она уже полностью принадлежала ему и была неприкосновенна. М-да, подумалось Руслану, надо признать – эта девочка как-то незаметно стала для него лучиком солнца, горячим, добрым и нежным, осветившим мрачный мир его одиночества. Дамиев вновь вернулся мыслями к их поцелую и улыбнулся. Девушка, стоило ей попасть в его объятия, очаровательно покраснела от возмущения, затем затрепетала и захмелела. Внутри что-то защекотало, что будто надулось и лопнуло, выплескивая приятное будоражащее каждую клеточку тепло.
Дамиев качнул головой и, возвращаясь в прежнее положение, умышленно загремел ключами.
***
Похититель ее спокойствия чувствовал себя весьма комфортно, постоянно смущая ее и заставляя пылать щеки. Лида никак не могла привести свои чувства в порядок, неустанно возвращаясь к тому заветному поцелую. Надо признать, ей понравились ощущения, рожденные тесными объятиями Руслана Игоревича, понравились его губы, властвующие над ее губами. И никакого чувства неприятия. Лида была растеряна и не имела ни малейшего понятия, как вести себя дальше. Голову заполонили всякие нехорошие мысли, но их постепенно вытеснила ненавязчивая негромкая музыка, звучавшая в салоне. И Лида, погруженная в себя, даже не заметила, как откинула голову на подголовник и всего на секундочку прикрыла глаза, позволяя всем своим переживаниям испариться в один миг. От усталости вместе с мышцами потяжелели и думы, и девушка не заметила, как упустив нить своего сознания, связывающего ее с реальностью, и провалилась в темную бездну.
Из дремы ее вырвал какой-то звук. Несколько секунд в голове бродил туман, прогоняя который Лида несколько раз моргнула, вспоминая, где находится. Салон машины Руслана Игоревича. Боже, неужели она отключилась прямо здесь?! И, кажется, уже никакого движения не ощущалось. Потерев глаза, Лида украдкой бросила взгляд на своего начальника и увидела причину своего пробуждения: Дамиев непринужденно крутил между пальцами кольцо с ключами.
– Уже приехали? – встрепенулась девушка, задавая очевидный вопрос немного хрипловатым голосом.
– Да, спящая красавица, – улыбнулся Руслан, коварно приподняв бровь. С удовольствием отметил, как от подобного обращения, девушка, защищаясь, тут же выпустила свои колючки.
– Никакая я не красавица! Скажете тоже! – фыркнула она, с трудом скрывая смятение.
– Мне виднее, – со смехом отозвался Дамиев.
Лида шумно выдохнула. Ее боссу, этому несносному и неотразимому мужчине, ужасно нравилось провоцировать ее и, говоря вещи, не являющиеся правдой, наблюдать за реакцией. Он будто испытывал ее своими словами на прочность. Однако объектом его экспериментов ей быть совсем не хотелось.