Ехали в полном молчании, тишину в салоне разбавляла тихая мелодичная музыка, лившаяся из динамиков радиоприемника. У самого подъезда Дамиев остановил автомобиль и не торопился разблокировать замок двери. Лида вопросительно на него посмотрела.
– Что не так?
– Всё так, – взгляд его карих, казавшихся сейчас почти черными, глаз пронзал Лиду до самого основания. И словно позволял ей сказать то, что грозило сорваться с языка.
И Лида воспользовалась предоставленной ей возможностью, вернув мужчине такой же пристальный и внимательный взор.
– Вы очень странный для моего понимания человек, Руслан Игоревич, – пробормотала она.
– Я это переживу, Лидия, – дернув бровями, отозвался он и добавил: – И кое-что еще. Как ты сама понимаешь, при новом режиме работы, тебе придется оставить кофейню. А уже завтра клуб переведет тебе расчет.
Руслан хмыкнул, когда его окатило волной негодования и возмущения девушки. И он остался несказанно рад этому, потому что с головой окунулся в океан ее эмоций и мыслей, львиную долю которых в последнее время стала занимать его персона.
– Вы самым нахальным и бесцеремонным образом вмешиваетесь в мою жизнь, Руслан Игоревич! Меняете ее, навязываете мне новые правила, лишаете права голоса. Зачем вы стремитесь вызывать во мне чувство неприязни или ненависти по отношению к вам? Вы помогаете моей сестре, но у меня остается ощущение некой недосказанности. Зачем вам от меня негатив, а? – проворчала она.
– С чего ты так решила? – едва не поперхнулся он воздухом. Эта девушка поражала его всё больше и больше, завораживала своей проницательностью, интриговала, вызывая жгучий нестерпимый интерес. Язык так и чесался спросить, сознательно ли Лида читает его мысли или же это происходило просто в порыве эмоций?
– И как понять ваш поступок с Майей? Почему не сказать мне правду с самого начала? Зачем весь этот цирк? – с чувством высказала девушка, безуспешно стараясь скрыть укор в голосе.
Руслан молчал совсем недолго.
– Чтобы ты в первую очередь думала о сестре, чтобы не поддалась панике и вредным сомнениям, скажи я тебе правду. Вот ты бы поверила в мое искреннее бескорыстие? В мое благородство? Только честно? – черная бровь чуть приподнялась вверх.
Лида призадумалась и непроизвольно прижала палец к щеке. Дамиев прав. Ни на секунду бы не поверила. Надумала бы себе миллион самых неблаговидных причин и предлогов, подозревала бы Бог весть в чем, боялась бы и ожидала подлого удара каждую минуту.
– Нет.
– А страх за дорогого тебе человека вынудил тебя сосредоточиться на важном, отбросив неважное, и правильно воспринимать информацию, так?
– Может быть. Но все равно складывается впечатление, что вы готовите мне какой-то подвох, – прищурилась она, глядя в глаза мужчине.
– Может быть, – уклончиво сказал он, повторяя ее же фразу. – И вот еще что. Завтра пятница, и ты уволишься из кофейни. А в субботу к одиннадцати часам утра я отправлю за тобой машину. Мы оформим документы, ты ознакомишься с правилами, действующими в моем доме, а с понедельника приступишь к выполнению новых обязанностей.
– Но меня не отпустят так быстро, пока я не найду замену, – развела она руками.
– Отпустят, уверяю, – лукаво улыбнулся он.
– А! – она звонко хлопнула себя по колену. – И тут без вашего влияния не обошлось, да?
– Ты поразительно догадливая девушка, Лидия, – весело хохотнул он.
Лида впилась в его физиономию подозрительным взглядом, дернула бровями, и лицо ее просветлело, отчего в груди Руслана взорвался крохотный вулкан удовольствия.
– А есть ли что-либо в этом мире, что вам неподвластно, господин Дамиев? То, что вы не в силах сделать?