Лида схватила ртом воздух как рыба, выброшенная на берег. Ноздри Дамиева хищно раздулись, под темным взором девушка плавилась, чувствовала, как жестокая краска заливает щеки и шею. Создавалось ощущение, словно ее окунули в кипящую воду. В груди жарко полыхнуло, когда мечущаяся в голове мысль совпала с клокочущим в крови желанием о поцелуе. Ну почему в присутствии именно этого мужчины пульс ее зашкаливал?! Почему не вставал в горле противный тошнотворный ком, который появлялся всякий раз, стоило кому-то из парней нарушить ее личное пространство? Все получалось наоборот. Рядом с Русланом Игоревичем мир становился ярче и живее, сразу же пробуждалась жажда жизни и стремление попробовать всю гамму ощущений на вкус и на ощупь. Почему так отчаянно хотелось видеть в этих темно-карих глазах восхищение и одобрение? Лида понимала – она попала в капкан собственных чувств и желаний, и сердце ее уже было полно безответной любви к своему работодателю.
Вопрос-просьба Дамиева повергли Лиду в шок:
– Но…, – запротестовала было Лида.
– Мои же ты видела, – напомнил ей Руслан, делая еще шаг ближе.
Лида вернулась в тот вечер, когда прижималась к нему, беззастенчиво обнимала и была…на седьмом небе от счастья. Разум вопил ей, чтобы она немедленно выставила Дамиева за дверь, однако какая-то другая Лида, незнакомая и отчаянная, очень хотела, чтобы он посмотрел, оценил и даже прикоснулся. И Лида опустила руки, отбросила густую волнистую прядь за спину и приподняла подбородок.
***
Руслан в секунду воспользовался ее приглашением. Очутился близко-близко, долго рассматривал мерцающий рисунок. Кончиками пальцев осторожно коснулся кожи, повторил линии полумесяца, поднялся по шее вверх.
– Очень красиво, Лида, – хрипло похвалил он, и от его глубокого бархатного голоса что-то заволновалось в груди, завибрировало в каждой клеточке тела. А затем его обжигающий взор переместился на лицо девушки. – И ты красивая, Лидия.
Она опустила ресницы, опасаясь, как бы он не прочел в ее глазах всю ту бурю эмоций, что вызвали его слова.
– Спасибо, – едва слышно проронила она.
– Благодарю тебя за Алину, – его пальцы легонько обхватили затылок девушки, а голос звучал уже прямо над ухом.
– Я рада, что помогла вам, – прошептала она.
– Я не люблю оставаться в долгу, Лида, и хочу отблагодарить тебя.
– Это лишнее, – вымолвила она, понимая, что почти не дышит от одной только своей догадки, какую благодарность подразумевает Дамиев. Близость Руслана опьяняла, лишала воли, рождая самые заветные и затаенные желания. От его сильного тела палило жаром.
И тут же ее голову слегка опрокинули. Прямо ей в глаза смотрели карие, горящие огнем, глаза Дамиева. Но огонь тот совсем не опалял, не страшил, а только приглашал, обещал.
Руслан прижал большой палец к губам девушки, чуть нажал на нижнюю. Лида успела только выдохнуть и осознать, что вмиг источником воздуха для нее стал рот Дамиева. Поцелуй оказался жадным и властным, твёрдые мужские губы подчиняли себе податливые девичьи, не вызывая ничего, кроме нестерпимой потребности продлить этот момент, застыть в нем и отпечататься навсегда. И Лида устремилась к тому, что считала несбыточным, но решила оставить себе хотя бы воспоминания – она просто обвила рукой крепкую шею Дамиева, запустила пальцы в густые черные волосы. Ей почудилось, или Руслан весьма натурально зарычал? Не дав ей опомниться, он прижал ее к себе так, что, казалось, мечтал вплавить ее в себя. С пылкостью истинно влюбленных, они долго и самозабвенно целовались, и нежность перерастала в страсть, затмевая рассудок. Прерываясь, чтобы перевести дыхание, они смотрели друг другу прямо в глаза, и тогда замирали на мгновение, а затем улыбались и их губы вновь встречались.
Когда горячая ладонь Руслана протиснулась между их телами и накрыла холмик груди девушки, Лида глухо застонала. Подушечкой пальца он выписывал чувственные круги вокруг ее соска прямо по кружеву бюстгальтера, и ток побежал по всем венам от этих прикосновений. Вершинка заострилась, затвердела, вмиг потяжелел низ живота, где скрутилась незнакомая тугая спираль. Лида выгнулась навстречу рукам Дамиева.
Руслан всего на миг оставил в покое упругое полушарие, только для того, чтобы подхватить Лиду за ягодицы и, усадив на столешницу, очутиться между ее разведенных бедер. Губы снова приникли к ее устам, пальцы гладили шелковистую кожу на спине девушки, ловко и незаметно подбираясь к застежке от белья. Руслан немного опрокинул Лиду, чтобы покрыть узором жарких мелких поцелуев ее подбородок, шею и грудь. Девушка что-то бессвязно шептала, чутко реагируя на его прикосновения, доверяя и отдаваясь ему полностью. А он только жадно дышал ее ароматом, прижимал к себе, и целовал, целовал.