И как только Руслан Игоревич вернулся, Лида взяла выходной. Правда, Дамиев отпустил ее только после совместного, почти семейного ужина. И всё время девушка ловила на себе его пристальный, выразительный, задевающий некие живые струны души, взгляд. И взгляд этот о многом говорил Лиде, правда, она так и не решилась поверить своей интуиции. Наверное, ей привиделось то, о чем она грезила во сне и иногда наяву.
Вечером Руслан сам отвез Лиду домой, она чувствовала себя несколько скованно, и потому, когда он вежливо попрощался с ней, девушка опешила. Что, и ни поцелуя, ни объятий?! Потому надавала себе мысленных тумаков. Чего захотела! Зло пнула камень, попавший под ногу. Покраснев до кончиков ушей от собственных мыслей, Лида помчалась по лестнице прямо к квартире, проигнорировав лифт. Господи, какая же она наивная! Размечталась! Бурча невнятные ругательства себе под нос, она зашла домой.
А уже на утро, не успев, как следует позавтракать, Лида отправилась в престижный торговый центр, чтобы купить подарок. Искала долго и тщательно, и наконец остановила свой выбор на яркой шкатулке с закругленными краями для хранения всяких девчачьих мелочей. По бокам шкатулки бежали, почти летели, кони. Стоило открыть крышку, как там приподнималась миниатюрная крылатая лошадка, вставшая на дыбы. Грива и хвост ее развевались, словно по ветру. И, казалось, только фиксирующий штырь удерживал эту лошадь, чтобы не сорваться вскачь, чтобы не взлететь. Вокруг нее располагались большие и маленькие ячейки для различных безделушек. Накупив Алине еще с десяток больших раскрасок, и познавательную книгу о лошадях для детей с яркими иллюстрациями и крупным шрифтом, Лида вернулась домой. Бережно упаковала подарки в пакет, и вместе с бабушкой они поехали к Майке.
Чувство безмерной благодарности к Руслану Игоревичу горело в груди Лиды, когда с бабулей они тихонько обсуждали заметные за столь короткий период улучшения в состоянии Майи. Бабушка только шмыгала носом и, не уставая удивляться результативности лечения, назначенного Вероникой Анзор, приговаривала:
– Лида, неужели же наша Майя скоро очнется? Неужели мы скоро услышим ее голосок? Лида, а может она… она и на ноги встанет? – даже не скрывая огонек неугасимой надежды в своем взгляде, вслух мечтала Анна Аркадьевна.
– Не следует торопить события, ба, – Лида даже боялась представить себе, что как только их заветная мечта осуществиться, она откроет глаза и всё происходящее окажется красивым сном. Иллюзией, которая рассеется, а Лида вновь очутится в ужасном жестоком мире, куда и тонкий луч надежды пробиться не в силах.
– Нет, Лидуня, я же не слепая, вижу – Майке гораздо лучше. Посмотри, ее личико даже покруглело немного, – Анна Аркадьевна склонилась над младшей внучкой, поцеловала щеку, обретшую здоровый цвет, погладила по волосам. – Будем ехать домой, я обязательно позвоню Руслану Игоревичу и поблагодарю его.
Лида чуть закусила губу. Снова по коже пробежали волнительные мурашки. М-да, Дамиев занимал непозволительно много времени в мыслях девушки, он пробудил в ней чувства, которые считались недопустимыми для Лиды, он познакомил ее с бесподобными ощущениями, когда жарко целовал и обнимал ее или смотрел на нее своим выразительным взором.
– Не представляю, что бы мы делали, если бы не Руслан Игоревич? – растерянно пробормотала Лида, думая о сестре. – Что стало бы с Майей?
– Я не думай о плохом, Лида. Нужно всегда надеяться на лучшее и верить в доброту людей, – настаивала бабушка.
– Что-то не слишком много добрых нам попадалось. Всё какие-то добренькие в кавычках, – невесело усмехнулась Лида.
– Не теряй оптимизма, Лидуня. Будь такой же, какой я тебя знаю, и счастье тебя непременно найдет, – торжественно заключила Анна Аркадьевна.
Лида качнула головой. Знала бы бабушка, что сердце ее старшей внучки уже давно ей не принадлежит и что счастья без Дамиева она ни с кем больше не видит, так бы не говорила. Знала бы и не была бы так уверена в безоблачном будущем. Знала бы, как раздвоилась Лида, только бы расстроилась. Разум холодно напоминал, что банальная любовная связь со своим боссом ни к чему хорошему не приведет, что между ними непреодолимая пропасть в социальном статусе. Но сердце упрямо твердило – Руслан Игоревич никогда не причинит ей вреда, не заставит страдать. Он порядочный и честный человек.