Известный финский историк Пекка Сухонен поделился впечатлениями об искусстве выдающегося архитектора Алваре Аалто, сумевшего поднять на небывалую высоту современное зодчество страны. Аалто соорудил Дом культуры рабочих в Хельсинки, дворец «Финляндия», в котором проходило Совещание глав государств и правительств по вопросам мира и безопасности в Европе, и ряд других строений и памятников. Спустя несколько лет я встретилась с Алваре Аалто в Национальном музее Хельсинки. Он давал мне необходимые пояснения к экспозиции предметов быта, советовал поближе познакомиться с экспонатами музея изобразительных искусств «Атенеум», который потом меня буквально очаровал богатством картин и скульптур финских и зарубежных мастеров. Видимо, не зря Финляндию еще в XIX веке называли страной живописи.
В творениях зодчих Суоми виден смелые поиск, свободный полет фантазии, неистощимая выдумка. Архитектура отражает именно тот характер нации, который вполне совпадает с традиционными представлениями. Когда смотришь на современные здания, то поражаешься сплаву новаторства и целесообразности. Строения таковы, что при массе всевозможных отделок и орнаментов в них нет никаких излишеств, работать и жить в таких домах удобно. Может быть, поэтому неповторим облик Хельсинки. Запомнились и строгая архитектурная классика центра, и оригинальность строений пригородов, и «звучащие» металлические конструкции памятника Яну Сибелиусу, и белоснежный дворец в центре города с надписью «Финляндия», и памятники сказочнику Сакари Топелиусу, художнику Альберну Эдельфельту, основоположнику финской литературы драматургу Алексису Киви… Запомнилась и статуя русалки, возвышающаяся на площади возле президентского дворца. В ночь на 1 мая (Вальпургиева ночь) здесь собираются тысячи студентов, и самые смелые из них пытаются водрузить на голову русалки… белую студенческую шапочку. Неудачники обычно падают в окружающий скульптуру фонтан под дружный хохот собравшихся.
Познакомили меня и с архитектурой крепости Свеаборг в южной части Хельсинки, места настоящего паломничества туристов. Стоящие там пушки, защищавшие город от англичан и французов еще в годы Крымской войны, выглядят как новые. Крепость знаменита еще и тем, что летом 1906 года в ней произошло одно из крупных восстаний в армии и на помощь восставшим сюда пришел отряд русской гвардии, чтобы сражаться рядом, плечом к плечу с солдатами и матросами Свеаборга.
Неоднократно встречалась я и с Урхо Кекконеном. Беседы наши проходили под знаком искренности и сердечности. Прекрасно помню первую нашу встречу в начале 60-х годов, когда председатель общества «Финляндия — СССР» г-жа Сюльви Кюлликки Кильни вручала мне почетный знак общества, в состав правления которого входил президент страны. До этого такой же знак был вручен Юрию Гагарину.
— Мы пригласили космонавта в нашу страну сразу после его исторического подвига, — говорил Кекконен. — На стадионе в Турку собралось более десяти тысяч человек. Такое количество народа не мог вместить ни один зал города. И футбольное поле пришлось покрывать специальным деревянным настилом. Хотя Гагарин сидел в ложе для почетных гостей, каждый из присутствующих хотел протиснуться поближе к космонавту, обменяться с ним взглядом, поприветствовать его как самого дорогого гостя.
На всех лицах сияли улыбки, отовсюду неслись одобрительные возгласы, и казалось, что восторгам не будет конца. То же творилось и в летнем парке Кеми, городе, связанном узами дружбы с Волгоградом. Юрий Алексеевич оказался превосходным оратором. Его речь, с которой он выступил после концерта финских и советских артистов, отличалась необычайной простотой, а слова были согреты чувством безграничной любви к Родине. Вспомнил он и красоты Вселенной, и замечательные достижения отечественной науки и очень сожалел, что ни разу не пролетел над Финляндией, не полюбовался тысячами ее озер. Его забросали цветами, преподнесли множество подарков, и с каждым, с кем говорил, он был сердечен и приветлив. Редкой души был человек…
Кекконен посоветовал мне посетить универмаг «Стокман» в центре Хельсинки, который славится обилием товаров на любой вкус, съездить в Ярвенпаа, где жил Ян Сибелиус. Я воспользовалась советами президента и, выбрав денек, прошлась по огромному магазину, сделав кое-какие покупки, а затем поехала в Ярвенпаа. Дорога туда очень красива. Машина неслась мимо поросших мхом гранитных скал, через густой сосновый лес. Двухэтажный коттедж, живописно расположенный в лесу, невелик, хотя комнаты довольно просторны. Широкие окна выходят на озеро, окаймленное скалами и холмами. Обстановка, выдержанная в финском национальном стиле, проста и удобна.