[Коммутатор: петля STP, порт 3 и порт 7]
[Кабель Cat5: обжим неверный, жилы 1–2 инвертированы]
[DHCP: конфликт серверов, 192.168.0.1 и 192.168.0.100]
Три проблемы. Все три были классическими. Первая — петля, из-за неё сеть и валится постепенно. Вторая — довольно-таки кривой обжим, данные идут через раз, как сквозь вату. Третья — два роутера решили, что оба главные, и в то же время не смогли между собой договориться из-за конфликта адресов.
В двадцать шестом я бы исправил всё это минут за семь при наличии обжимника, даже не торопясь.
Здесь я ходил вокруг оборудования сорок минут. Нагибался, смотрел, кивал, что-то медленно записывал в небольшой блокнот — авторучкой, со скрипом. Потом «нашёл» первую проблему. Потом «случайно» заметил кабель. Потом «догадался» про DHCP. При этом, не забывая прикладывать палец к подбородку, делая задумчивый философский вид.
Фелосаф.
Мастер по вызову, блин. Метод Станиславского, IT-версия. Оскара мне!
Владелец — Николай Степанович, человек лет пятидесяти в белом халате с лацканами, с глубокими морщинами у глаз и коротко стриженой сединой — стоял в дверях и наблюдал. Когда третий монитор показал рабочий стол и пинги пошли ровные, он тихо хмыкнул.
— Ну вот. Две недели стояли, а ты меньше чем за час сделал.
— Бывает, — я смотал остатки кабеля. — Три разные поломки, поэтому и не сразу нашлось.
Он достал кошелёк и медленно отсчитал три тысячи. Наличными, без лишних разговоров.
— Слушай, а ты постоянно можешь? У нас же не первый раз такое. Прошлый мастер каждый раз неделю ковырялся, а сейчас вот опять ищем кого-то, кто вот так — по первому звонку бы приехал.
— Могу, да — я убрал деньги в куртку. — Звоните.
Он кивнул, достал телефон и при мне позвонил кому-то… судя по очень короткому разговору, знакомому человеку, у которого тоже был небольшой офис где-то на Республики. Потом ещё одному. Я стоял у стойки, листал журнал «Здоровье зубов» за две тысячи третий год и думал, что реклама по сарафанному радио работает вообще одинаково в любом веке.
По итогу Николай Степанович рекомендовал меня своим то ли друзьям, то ли коллегам и с моего разрешения продиктовал им мой номер телефона.
В автобусе пришла мигрень.
Сначала стало просто немного давить в висках, потом их начало сжимать уже всерьёз, как будто кто-то медленно и тщательно закручивал болты с обеих сторон. К остановке перед общагой я уже очень сильно щурился от каждой фары встречной машины.
Добрался до комнаты, занавесил окно, лёг лицом вниз и пролежал так часа два. В голове шумело очень сильно и гулко. Стас куда-то ушёл, слава богу, иначе пришлось бы все это объяснять ему.
Вот и цена, значит. Несколько тегов за один раз — и пожалуйста, получи. Ясно. Понятно, в общем-то.
Способность не бесконечная. Это лишь инструмент, и у инструмента есть определенный конечный ресурс. Перегрузишь — сломается. Или сломается не он, а постепенно сломаюсь я.
Надо дозировать. Не лезть глубоко без особой необходимости, чтоб потом вот так не лежать.
Но таблетку аспирина я на всякий случай всё же выпил.
Кит заглянул вечером. Я сидел с холодным мокрым полотенцем на лбу, в полной темноте, потому что даже слабый свет тоже раздражал.
— Ты что, бухал?
— Мигрень.
Он немного помолчал.
— С каких пор у тебя мигрень? Ты же раньше от водки головой не маялся. Я сам видел, на Новый год ты поллитра принял и пошёл в магаз за второй бутылкой пешком.
— Голова-то болит у всех по-разному, — я не стал разворачиваться. — Сейчас не так, как когда бухаешь.
Кит постоял у двери ещё секунды три. Уходя, не хлопнул — просто тихо и осторожно закрыл. И в этой тишине я понял, что прищур у него теперь постоянный. Каждый раз, как он смотрит на меня, там это довольно узнаваемое выражение — «что-то не так, Дорохов, и я пока молчу, но я все запоминаю».
Ещё один вопрос, на который честного ответа нет от слова совсем.
Ночью, когда голова наконец отпустила, я сел на кровать и прикинул.
За неделю вышло около восьми тысяч на ремонте. Плюс небольшая мелочь, которая болталась до этого. Матери надо будет написать, чтоб не слала больше, сам справляюсь. Это само по себе будет довольно-таки странно — Дорохов никогда сам деньги не зарабатывал, но… хрен с ним, ладно.
На жизнь хватает. На что-то серьёзное — нет.
Восемнадцатое мая. ЦСКА — «Спортинг», Лиссабон. Если всё совпадёт — нужно зайти нормально, не двести рублей контрольных. Тысяч десять минимум, чтобы хоть что-то почувствовать. Лучше пятнадцать.
Значит, надо масштабировать. Объявления на все тюменские форумы — их не так много, но они всё-равно есть. Листовки на остановках у офисных центров — там люди с компьютерами и совершенно без понимания, что с ними делать, когда «у меня стрелочка превратилась в часики».