Я закрыл глаза.
Марина
Первые десять дней апреля прошли как-то так, что я этого почти не заметила. Не в смысле «пролетели незаметно» — в смысле, я была слишком занята, чтобы вообще поднимать голову.
Диплом — девяносто процентов готово, осталось дожать заключение и тщательно причесать список литературы. Курсовые шли нарочито плотным потоком. Я подняла ценник на репетиторство с двухсот до трёхсот рублей в час, ждала отказа, но никто даже не поморщился. Ладно, значит, триста — это всё ещё очень дёшево. Запомни, Кустова. Две контрольные ставки, теннис и хоккей, обе в плюс, оба счёта полностью совпали с тем, что хранилось в памяти. Три из трёх. Конверт в подкладке зимней куртки начал постепенно приобретать некоторый, довольно ощутимый вес.
В общем, жизнь налаживалась. Относительно…
Парикмахерская на Республики; мастер — девушка лет двадцати пяти, с рыжей мелированной чёлкой — смотрела на меня в зеркало выжидательно.
— Что делаем?
— Каре. Вот так, — я показала пальцем чуть ниже подбородка. — Ровное, без лесенок. И чёлку уберите, она мне мешает.
Она чуть помедлила с ножницами.
— Хмм… у вас же довольно хороший объем. Жалко будет.
— Нет. Не жалко ни капельки, — сказала я.
Стригла она хорошо. Я пристально смотрела в зеркало, как уходит это унылое и совершенно безжизненное сено на резинке, и внутри у меня что-то потихоньку выравнивалось, как вот бывает, когда наконец выдёргиваешь занозу из пальца, которая сидела давно и уже почти привычно болела. Каре. Такое, как у меня было в двадцать третьем — строгое, чуть асимметричное, взрослое. Не замухрышка-студентка, а… ну, по крайней мере, нормальный человек.
Линзы я заказала в салоне оптики ещё неделю назад, их должны были привезти из Екатеринбурга через несколько дней. Пока временно — очки долой просто потому, что надоели. Близорукость у Маринки была не катастрофическая, без очков немного расплывалось вдаль, да и ладно.
Вышла на Республики. Сильный ветер бросил мне прядь на щеку — новую прядь, короткую, правильную. Я поймала себя на том, что улыбаюсь. Глупо. Но факт.
Жанна увидела меня с порога — и замерла.
— Маринка.
— Жан.
— Маринка, ты… — она медленно обошла меня по кругу, как ходят вокруг автомобиля перед покупкой. — Наконец-то. Наконец-то на человека стала похожа, господи.
— Спасибо, я тоже рада.
— Да нет, я серьёзно! — она схватила меня за плечи и немного потрясла. — Это же небо и земля. Ты знаешь, как ты выглядела раньше? Нет, ты знаешь?
— Догадываюсь.
Соседка по комнате помолчала секунд пять, прищурившись.
— Тебя как подменили, — протянула она наконец. — Сначала диплом, потом курсовые и другое там всякое, теперь вот это. Маринк, с тобой всё в порядке?
— Влюбилась, — сказала я, не моргнув глазом. — В себя. Новый тренд, очень рекомендую.
Она засмеялась, но взгляд у неё остался подозрительно цепкий и внимательный. Я сделала себе мысленную пометку: аккуратнее. Она — не злой человек, но болтливый. А болтливые люди с цепким взглядом — это уже весьма интересная смесь.
Спортивный зал на Герцена оказался именно таким, каким я и ожидала. Подвальный зал, потолок низкий, зеркала с трещинами и непонятными пятнами, набор тренажёров откуда-то из конца девяностых. Запах резины и кислого пота стоял плотный и тяжёлый, как мокрая тряпка в лицо. Я заплатила за абонемент на месяц, получила ключ от шкафчика и пошла переодеваться.
Тренировалась по своей собственной программе. Кардио пятнадцать минут, силовые упражнения по мышечным группам, растяжка в конце — всё то, что я постепенно отработала за долгие годы в хорошем московском фитнес-клубе, где инструктор стоил как моя месячная аренда квартиры в Тюмени и сердился, если ты опаздывал даже на три минуты. Тело Маринки скрипело и возмущалось, но в целом слушалось.
Тренер, довольно широкий в плечах мужчина лет сорока, с носом, который явно несколько раз встречался с чужим кулаком и не всегда выходил победителем, наблюдал за мной с какого-то бокового тренажёра. Молчал минут двадцать. Потом подошёл.
— Студентка?
— Студентка.
— Хмм… Ты как будто лет десять отходила.
— Меньше… — сказала я. — Но регулярно.
Он хмыкнул. Не недоверчиво — скорее уважительно. Я засекла, что над его макушкой мигнуло что-то синеватое, [Интерес: профессиональный], и сразу же незаметно растворилось. В виски не ткнуло совсем — лёгкий контакт, поверхностный, бесплатный, в общем-то. Хорошо. В настоящее время учусь дозировать.