Когда пыль улеглась, так сказать, и я вернулся в свою обитель, я занялся мебелью. Софу, кресло и табурет с балкона раздал по знакомым — пусть пользуются. Холодильник продал, кухонный стол со стульями тоже. Плита, шкаф и письменный стол были ещё в очень хорошем состоянии, их оставил. Взамен купил мягкий уголок с синей гаммой цветов, высокий вместительный холодильник, телевизор с тумбой, DVD-проигрыватель. Ещё одну тумбу к уголку. Новый кухонный стол, стулья, посуду, постельное бельё, сейф. Квартира стала наконец-то похожа на человеческое комфортное жильё, а не на лачугу студента-двоечника.
В голове при этом тикал свой календарь с напоминаниями важнейших событий. Я отлично помнил, что во второй половине две тысячи восьмого мир накроет финансовым кризисом, словно ежовым покрывалом. Времени до него навалом, так что пока я просто откладывал и не суетился. После обвала можно будет присмотреться и к акциям крупных компаний. Не потому, что я великий трейдер — наоборот, в биржевых премудростях разбирался весьма поверхностно. Но даже мне было очевидно: многие серьёзные компании переживут кризис и рано или поздно отрастут обратно. Купить подешевевшие бумаги, подержать несколько лет и потом продать дороже выглядело вполне рабочей идеей. Впрочем, до тех времён ещё нужно было дожить. Да и куда больше меня интересовали биткоин и недвижимость, где я понимал перспективы гораздо лучше. Появления биткоина в две тысячи девятом ждал куда живее, чем обвал акций. Вот там я собирался закупиться по-крупному, прям основательно, пока эта штука стоила дешевле жвачки. Да уж… знание будущего — единственный нормальный бонус за то, что меня выкинуло из своей тёплой жизни в чужое тело.
В начале августа я набрал Дениса «Кита» Китаева.
— Дорохов? — он удивился. — Здарова. Чё, случилось чего? Как ты?
— Да ничего. Узнать хотел, как ты вообще. Работа, жизнь.
Кит помолчал, потом выдал длинно и устало. Работает чуть больше месяца. Контора так себе, коллектив токсичный, зарплата смешная, а ситуация страшная.
— Бабосы нужны, — добавил он. — Так что терплю. Куда деваться.
— А чего терпеть? — сказал я. — Не будь терпилоидом. Бросай нахрен. Иди ко мне. Официально, по трудовой — я индивидуальный предприниматель же. И мне будет кстати такой толковый спец, как ты.
В трубке повисла пауза. Я прямо чувствовал, как он там прищурился — фирменный его прищур, который означал «что-то не сходится, но я согласен».
— Серьёзно?
— Серьёзнее некуда. Давай встретимся, обсудим.
Сели в кафешке на следующий день. Я выложил условия. Семнадцать с половиной тысяч рублей на старте.
Он поперхнулся своей колой, которую он заказал вместе с булочками. Я,к слову, заказал просто чай каркаде.
— Сколько?
— Семнадцать пятьсот. Это начало. Будешь расти — будет больше.
— Блин, Дорохов, — он вытер рот салфеткой. — У меня сейчас одиннадцать с половой. Блин, одиннадцать с половиной, понимаешь?
— Ну! Поэтому я и говорю — бросай ту шарагу.
Согласился он мгновенно. Глаза загорелись так, будто я ему не работу предложил, а ключи от сундука с золотом. Кит вообще из тех, кто въезжает в дело с фанатизмом неофита. Мне такой и нужен был. Заказы уже шли валом, знакомые знакомых звонили наперебой, а я один. Физически не разорваться. Части звонивших приходилось отказывать, и каждый отказ — это потерянный клиент, охват и потерянные деньги. Нехорошо.
— Слушай, — сказал Кит, жуя булку. — Ну раз у тебя такая постанова, что звонят наперебой…
— Не звонят, а звонят, — перебил его я с выражением покер-фейс. Просто спонтанный троллинг.
— Да похрен. Звонят или звонят — разницы-то… Короче, я вот к чему — тебе же ещё руки нужны будут, да? Трое смогут больше в работу взять, а, значит, и прибыль больше. И я знаю одного подходящего кандидата. С бывшей работы. Филя.
— Филя?
— Слава Филиппов. Постарше нас будет. Молчун, замкнутый немного, но руки золотые. Работящий до тошноты. Я за него ручаюсь.