Я и сам по себе помню, по две тысячи пятому и вообще нулевым моей молодости, что косили все, кто мог. Кто-то просто бегал, как Жека, кто-то платил врачам — либо гражданским, либо с военно-врачебной комиссии за нужный результат. Кто-то шёл на отчаянные меры с психушкой и получением белого билета, который, правда, потом мог аукнуться различными ограничениями на гражданке. Родители подключали свои связи и знакомства, чтобы помочь своим сыновьям. Благо, тотальная коррупция позволяла многим парням продолжать жить, развиваться, строить карьеру, отношения и семью на гражданке.
Хех, помню, были у меня два знакомых друга, два Паши, так они умудрились провернуть такую схему, где один Паша получил освобождение от армии по зрению — у него оно реально было неидеальным, а позже, вроде в другой призыв и в другой комиссии прошёл комиссию и забраковался всё так же по зрению за своего друга, второго Пашу. Важно, что это не было городской легендой, где «бабка на лавочке пёрнула и рассказала», мне эти два Паши сами лично эту историю и рассказывали на застолье по случаю получения военника вторым Пашей. Только детали я уже не помнил…
Ещё помню, были теневые решалы среди молодых парней, вполне обычных с виду, как любой из нас, которые предлагали пакет «всё включено». Как раз примерно в середине нулевых это стоило в региональном центре тысяч от сорока до восьмидесяти рублей. Ребята платили деньги и им оказывали полное сопровождение по процессу, которое занимало несколько месяцев, по окончании которого «торжественно» выдавался военник. Что-то типа правдоподобной пошаговой имитации процесса прохождения комиссии, которая признавала призывника негодным. В такого рода схему были вовлечены многие люди в погонах, далеко не только армейские, далеко не просто условные «капитаны и майоры», но и полковники и генералы.
У Артёма Дорохова в этом плане вопрос был уже давно закрыт, с военником на руках — что-то связанное со сколиозом. Я в его теле не ощущал проблем со спиной, но, военник был при мне; и ещё по студенчеству весной, помню, обсуждали эту тему со Стасом, он сказал с подколкой: «Ну у тебя-то Дорох, всё схвачено с армейкой, сколиозный ты наш, хахаха!» В детали я не вникал, родственников не расспрашивал об этом.
Лихие были времена. И коррупция моей реальности, как и коррупция этой реальности, очевидно, были родными сёстрами. Пропагандистский и слащавый сериал «Солдаты» с прапорщиком Шматко здесь тоже уже вовсю транслировался по ТВ.
Возвращаясь к моему мессенджеру, баги, конечно, полезли. А куда без них. У кого-то при обрыве GPRS дублировались сообщения — приходило одно и то же по два раза. У одного телефона, какая-то старая «Моторола», вис на смене статуса. Я записывал всё скрупулезно, рядом помечал приоритет. Дубли — критично, чиню завтра. Висяк на одной модели — терпит, моделей мало у кого.
— Артём, не спишь? — прилетело от Кита около часа ночи.
— Сплю, — написал я, лежа на диване уголка. — И во сне печатаю.
— Тут Серёга сетует. На его телефоне половина смайликов не показывается.
— Скажи Серёге, что в следующей версии починю. У разных моделей свои приколы с отображением.
Кит прислал смеющуюся рожицу. Из стандартных, которые я успел вшить.
Я закинул руки за голову на подушке. За окном — чёрный двор, холод, фонарь, подмерзшая лужа под фонарём. Сова, наверное, где-то бесшумно пролетела — видел как-то пару раз. Моё воображение выдавало эти картинки по памяти. Тихо. А десятки человек (или меньше) сидели ночью и болтали через мою программу, и трафик у них утекал копеечный, потому что я под этот копеечный трафик всё и затачивал. Бедные студенты и простые работяги. Моя аудитория. Я её знал, потому что сам был такой — немного здесь и много в другой реальности, в которой меня больше нет.
Открыв своё приложение, поковырявшись в нём, почитав диалоги, потом посмотрев всякие приколы по телеку на канале «MTV Россия»… спать я лёг в итоге в третьем часу. Засыпая, поймал дурацкую гордую мысль: у меня работает мессенджер для телефонов в две тысячи пятом, немного сыроватый, но с большим потенциалом. Продукт, объединяющий людей онлайн по интересам. И тут же одёрнул себя. Спокойно. Радоваться будешь, когда не упадёт под сотнями человек.