Волк с запозданием вскочил и залаял. Хармони приказала ему молчать и, запустив руки в шерсть на загривке, пыталась удержать его и не позволить кинуться вниз по ступенькам. Сэди увела дочь и ворчащую собаку в дом, оставив Клэр в одиночестве встречать изящного светловолосого молодого человека, уже остановившего лошадь под деревьями.
Тэйт Дженнер соскочил с лошади, снял шляпу и подвел животное поближе к крыльцу. Тэйту было тридцать с небольшим, вместе с тремя братьями всего несколько месяцев назад он взялся за хозяйство Хансон. Ходили слухи, будто они купили ферму на деньги, выигранные за карточными столами в салунах Сан-Антонио, но Клэр не любила слушать сплетни. Тэйт часто приезжал в Глориету. Она считала его своим другом, несмотря на то, что его внимание иногда смущало. В бледно-голубых глазах Тэйта читалось плохо скрываемое восхищение, такое, как сейчас.
— Привет, Клэр.
Парень был симпатичный, настоящий англосакс, на несколько дюймов выше ее.
— Привет, Тэйт, — она улыбнулась ему. — Что привело тебя сюда в такой час?
— Давно не был. Захотелось проведать.
— У нас все прекрасно. Спасибо. — Клэр секунду поколебалась, потом невольно посмотрела на барак, прежде чем вежливо сказать: — Ты побудешь? Я принесу лимонада.
— Я надеялся на приглашение, — сознался Тэйт. И снова улыбнулся.
Он обмотал поводья вокруг столба, потом поднялся на ступеньки, встал, держа шляпу в руке, ожидая возвращения Клэр, исчезнувшей в доме. Через несколько минут девушка появилась с двумя стаканами лимонада, один дала ему, а со вторым направилась к деревянному креслу-качалке. Он опустился рядом, чему Клэр ничуть не удивилась.
— Все здесь прекрасно, как всегда, — заметил гость, осматриваясь и потягивая лимонад, пристроив шляпу на коленях. — На следующий год в это время, Клэр Пармали, я готов посоревноваться с тобой.
— Ну, я думаю, мы будем на равных.
Она поднесла стакан к губам. Взгляд ее снова метнулся в сторону барака. Она подумала: «Интересно, там ли Рэнд? Может, он наблюдает за нами?»
— Я слышал, что-то случилось в городе.
— Что? — виновато покраснев, Клэр взглянула на Тэйта с извиняющейся улыбкой. — Прости, что ты сказал?
— Я слышал о стычке в церкви. — Он нахмурился, сверкнув глазами. — Черт побери, Клэр, почему ты не разрешишь мне проучить этих трясунов? Мы с братьями могли бы…
— Нет, не надо, будет только хуже. — Она вздохнула, потом заставила себя насмешливо улыбнуться, добавляя: — Я не хочу, чтобы тебе досталось. Видит Бог, у меня не так уж много друзей.
— Я бы мог стать тебе больше, чем другом, если бы ты позволила.
— Тэйт, ну пожалуйста, — взмолилась Клэр, поднимаясь на ноги от внезапно охватившего вол-нения. Она всегда подозревала, что настанет день, когда он потребует от нее большего. Такая перспектива ее пугала. «Господи, и почему именно сейчас?»
— Выслушай меня, Клэр. — Тэйт поставил стакан на крыльцо и встал перед ней во весь рост, впившись взглядом в ее лицо. — Я знаю, что случилось шесть лет назад. Я знаю все о трусливом сукином сыне, который оказался таким дураком, что убежал и бросил тебя. Но для меня это не имеет никакого значения. Никакого. Абсолютно.
— Ты не понимаешь, — проговорила она ровным голосом, покачала головой и направилась к ступенькам. — Я все еще считаюсь замужней женщиной, Тэйт.
— Это пустая формальность, — сказал он, следуя за ней по пятам.
Лицо Клэр вспыхнуло, она мысленно выругалась и со злостью оглянулась на барак. Послав к чертям проклятого Рэнда Логана, она попыталась не обращать внимания на боль, возникшую глубоко внутри. Она крепче стиснула пальцы вокруг стакана, плеснув лимонадом на платье, но даже не заметила этого, занятая другими мыслями.
— Да, — тихо и горько согласилась Клэр. — Это формальность. Но это не отменяет того факта, что по закону я принадлежу другому…
— Я могу исправить это положение.
— Как? — Клэр резко повернулась к Тэйту и оказалась с ним лицом к лицу.
— Скажем так, у меня есть высокопоставленные друзья, — уклончиво ответил он и криво усмехнулся. Потом, серьезно посмотрев ей прямо в глаза, пообещал: — Если так называемый муж жив, я найду его.
— Нет! — воскликнула Клэр, испугав не только его, но и себя таким порывом. Она почувствовала, как краска залила лицо, но она уверенно покачала головой и заявила, пытаясь взять себя в руки: — Нет. Я не хочу, чтобы ты его искал. Я не хочу снова ворошить прошлое. Перестань, пожалуйста!.. Выбрось это из головы.