Несколько секунд тишины. А потом ответ:
— Ювелирная работа, ты им срезал маршевый двигатель, так что корабль теперь может передвигаться только на разгонном и только по прямой.
— Хорошо, — ответил я. И быстро проверил, как идут дела у наших тяжелых истребителей. Но тем помощь не требовалась. Среди каменных глыб летали только обломки наших противников.
Третий корабль был уничтожен с дальней дистанции рейдером. Корг не подвел и первым же залпом уничтожил его генератор щита, а потом следовало корабль только добить. Оставались еще те два, в центре поля. И тут к работе может приступить Сержант со своими парнями.
— Готовьте абордажную команду, — передал я по связи, — сначала берите тот, что поврежден, чтобы они не наделали глупостей, а потом и второй. Там они заперты как в консервной банке.
— Где? — это удивленный голос Вира.
— В очень плохом месте, откуда нет выхода, — перевел я ему.
— Это точно, — согласился он.
— Так что там с данными из искина? — уточнил я у него..
— Копирование закончено.
— Хорошо, — отрекомендовал я и скомандовал: — Возвращаемся на рейдер.
Через полчаса я и остальные истребители уже были на корабле, а еще через полчаса наши абордажники захватили оба пиратских судна.
— Что делать с пленными? — спросил у меня Сержант.
— Офицеров оставить, а остальных по закону Фронтира. Они нам не нужны.
Лея передернула плечами. Ей такое решение не понравилось. Сержант же посмотрел на меня и предложил:
— Зачем расходовать полезный материал?
— Что? — не понял я.
— Это Фронтир, — пояснил он и обвел рукой вокруг, — у нас есть неплохая медицинская капсула и квалифицированный медик.
Я все равно не понимал, о чем он говорит.
— Биоматериалы, — уже в отрытую сказал он, — очень дорогая вещь, особенно чистые. А на наших пленных мы их сможем заготовить с запасом. У ребят есть раненые, и их лечение встанет нам в круглую сумму. Но за счет пленных мы сможем обойтись и своими силами.
Теперь я понял, о чем он говорит. Медицинские базы я как-то обошел стороной, но общие принципы мне были понятны.
Штурм первого судно прошел не без накладок. На корабле пиратов было три боевых охранных дроида, и они сильно проредили нашу первую четверку бойцов. Убитых не было, но все были сильно ранены и находились сейчас в анабиозе, пока мы не прибудем на станцию, где им смогут оказать необходимую помощь.
Но Сержант предлагал другой вариант. Мы все могли сделать и сами, но нам нужны были трансплантационные клетки, чтобы восстановить поврежденные органы наших бойцов.
— Хорошо, принимается, — соглашаюсь я. — Мне мои люди гораздо дороже захваченных пиратов. Но сначала необходимо допросить их всех.
— И изъять нейрооборудование, — добавляет Сержант.
— Выполняйте.
И он уходит. Лея сидит и смотрит на меня расширившимися глазами.
— Что, пугает мое решение или то, как я просто согласился на него? — и я в ответ смотрю девушке прямо в глаза.
— Ты опасный человек, — тихо произносит она, — и очень жесткий. Как Сержант. Вы с ним одной породы.
— Нет, — отрицательно качаю я головой в ответ, — я еще хуже, так как представил, что бы сделали с тобой или Нарой эти пираты, попади вы к ним в руки живыми. И поэтому предложение Сержанта мне кажется еще очень милосердным и добрым. Сержант же об этом не подумал.
Девушка медленно кивает головой.
— Теперь я поняла, — все так же тихо говорит она и разворачивается обратно к пилотской консоли.
Интересно, а что она вообще поняла? На всякий случай перед уходом я проверил все корабли. Тот транспорт, что первоначально был нашей целью, был ветхой лоханкой и ни о каких искинах на его борту речи не шло. Это была ловушка. Теперь в этом не было никаких сомнений. И кто-то слил эту информацию специально моим партнерам. Мы проверили все обломки разрушенных судов и я демонтировал с них все более-менее целое и ценное оборудование. Ну а также мы подцепили в связку к нашему рейдеру и два захваченных пиратских корабля. Ведь один из них был полностью исправен, а второй требовал небольшого ремонта на стапелях, который я мог произвести самостоятельно.
Нечего разбрасываться столь ценными трофеями. Шли в надежде захватить один корабль, а нашли два. К тому же на них была информация, которую требовалось проанализировать. Этим мы и собирались заняться по пути обратно в наш сектор дислокации.
В итоге, из этого безымянного сектора мы ушли практически через четыре дня, утянув с собой на приколе и два захваченных судна.