Они пытаются открыть устойчивый канал на территорию Королевства Минматар и, как следствие, на территорию любого другого государства. И если я все правильно понял, то они стараются снизить погрешность появления выходной точки червоточины в заданном секторе.
Если у них будет подобная возможность, то они обойдут все подавители. Ведь прокол пространства, такой как "кротовая нора" или червоточина, невозможно блокировать сторонними внешними факторами. Это, наверное, самое опаснейшее оружие, которое будет в их руках. Им не нужно будет присутствовать в секторе, чтобы его уничтожить. Они туда просто перешлют через открытый канал какую-нибудь бомбу, и та разнесет все к чертям собачьим. Это, конечно, наиболее радикальный вариант применения подобной технологии, но и его исключать нельзя. Кто знает, что может прийти в голову к этим религиозным фанатикам, молящимся своему императору…
Хорошо. Теперь на повестке последний вопрос, который остался у меня нераскрытым. Это дроиды. Что с ними происходит? Почему они выходят из под контроля? Ведь я сам проверял и обслуживал всю четверку, и никаких отклонении в их работе не обнаружил. Так что случилось с тем последним дроидом, которого пришлось уничтожить? Что с ним вообще могло произойти, если он стал представлять угрозу для вооруженного корабля? И ведь, похоже, подобный инцидент у них далеко не единичный случай, коль они так быстро идентифицировали поломку дроида и приняли решение о его угрозе и последующей ликвидации. А значит, у них были случаи, когда они не смогли оценить должную степень угрозы и вышедший из под контроля дроид наломал дров. Не в этом ли причина приказа о немедленном уничтожении дроида, над которым они потеряли управление? А бывали ли случаи, когда они не сразу обнаруживали подобное необычное поведение дроидов, или их всегда так легко распознать? Тоже тот еще вопрос… Важен он для меня тем, что наиболее плотно с дроидами придется работать именно мне, и коль они представляют эту непонятную опасность, то нужно адекватно и своевременно на нее реагировать.
И еще вопрос. Чем может быть опасен исследовательский дроид? На нем ни оружия, ни каких-то инструментов. Только сплошные датчики и сенсоры. A так болванка болванкой. Не понятно.
Но еще более заинтересовавшее меня явление, с которым я тут столкнулся, это тот эмоциональный фон, который окружает вернувшиеся из исследовательского рейда дроиды.
Что это и откуда он взялся? Присущ ли он только каким-то определенным дроидам или всем подряд, исследующим аномалии? Как-то подобной информации мне встречать не приходилось.
Но факт налицо, это эмоциональное поле есть, вернее, было.
Пришел сигнал с инженерного комплекса о завершении процедуры обслуживания очередной партии дроидов. Я сгрузил их и вышел в общую лабораторию, чтобы предупредить об этом. Тут ничего коренным образом не поменялось. Однако меня, похоже, ждали и потому мое появление Крена заметил сразу.
— Готовы? — без предисловия спросил он.
Я кивнул ему в ответ.
— Хорошо, загружай этих и готовь следующих, — и отвернулся к своему экрану.
Я лишь мельком оглядел помещение, людей было гораздо больше. Теперь уже все рабочие места были заняты. Да и хоть мне показалось, что ничего не изменилось, но гвалта стало значительно меньше и к тому же в воздухе летал фон всеобщего напряжения и ожидания.
Я уже подошел к двери, когда меня догнал быстрый возглас:
— Канал открыт. Точка координат входного устья строго совпадает с заданной.
— Отлично, — отреагировал на сообщение профессор, — быстро проверить состояние прокола и определить координаты точки выхода!
Дальше я услышать не успел, так как вышел в свою мастерскую. Но и этой пары фраз хватило для того, чтобы удостовериться в том, что они все-таки каким-то немыслимым образом умудряются создавать червоточины, притом заранее прогнозируют как координаты точки входа, что еще более менее понятно, так и координаты точки выхода, что я себе даже представить не могу. Тут явно необходим какой-то совершенно иной подход к пониманию структуры построения вселенной и ее оборотной стороны, именуемой гиперпространством.
И все нити в этом конкретном случае вели только к одному знакомому мне существу, способному мыслить совершенно иными категориями, отличными от тех, что присущи нам, людям. Вот и выходит, что встреча с этой медузой была неизбежной, слишком многое указывает на ее прямую причастность ко всему происходящему.
"Ночью", — решил я.
И занялся своей работой.
Прошло еще два часа. Я закончил с очередной партией дроидов, и выйдя в общий зал, доложил об этом.