"Неплохо придумано", — прокомментировал я сам про себя увиденное. И огляделся еще раз.
Смотря на командную рубку и оценивая свои выводы по состоянию корабля, у меня сложилось некое двойственное впечатление. Первое. Хоть за кораблем и стараются присматривать и ухаживать, но все равно он очень уж запущен, на мой взгляд, нуждается в срочном ремонте.
И второе. Раньше ведь кто-то им занимался. И этот кто-то достаточно грамотно и квалифицированно переделал стандартную конфигурацию этого судна под новые нужды корабля и команды. И у меня создавалось такое впечатление, что это два совершенно разных человека, существа, специалиста. И второго сейчас, к сожалению, нет на корабле. Иначе, как я понимаю, им бы не понадобился я. Наконец, я перевел свой взгляд на спокойно сидевшую в капитанском кресле девушку.
— Ну что, насмотрелся? — спросила она.
Я лишь пожал плечами на этот ее риторический, казалось бы, вопрос.
— Ну, и что скажешь? — спросила у меня креатка, даже не дожидаясь ответа на свой предыдущий вопрос.
И немного помолчав, добавила:
— Понравилось то, что увидел?
Я посмотрел на нее и усмехнулся.
— Есть такое дело.
— И что же привлекло твое внимание? — уточнила она, обведя корабль рукой.
Слишком двусмысленная формулировка вопроса. По крайней мере, для меня. Вот сейчас как раз и произошло то, из-за чего я иногда попадал в неприятности, но зато очень крупные.
Я не шутник и даже не острослов. Но иногда на меня накатывает.
Проснулось мое косоногое и косорукое чувство юмора, которое обычно дрыхнет непробудным сном. Посмотришь со стороны, и в обычное время вроде даже и нет его у меня. Но иногда как сморозю, так сморозю. Сам диву даюсь.
— Капитан, — как можно спокойнее ответил я, стараясь сдержать улыбку.
Девушка сначала и не поняла, о чем идет речь.
— Да ты!.. — И в мою сторону смотрит дуло одного их бластеров, который еще пару мгновений назад висел у нее на поясе.
— Ну а что ты хотела? — пожал я плечами. — Коль задала дурацкий вопрос, то и ответ на него такой же дурацкий получила.
Креатка, похоже, опешила от такой наглости. Даже оружие слегка опустила.
Да я и сам был немного в шоке. Не ожидал от себя такого. Но коль уж запел тенором, то продолжай выводить рулады. Поэтому я обвел рукой, показывая на корабль вокруг.
— Лоханка полностью переделана. Ни одного нормального тестирования от сведущего в своем деле специалиста для получения приличного контракта в любой из действительно надежных и влиятельных контор или организаций она не пройдет. Того и гляди, это корыто от пинка развалится в космосе, и уверен, что произойдет это во время очередного рейда. Система безопасности тут ни к черту. Про маршевые сказать ничего не могу, но прыжковые движки разогнаны по максимуму, так что летать на этом корыте решатся лишь полные психи. Судя по тому, что я уже сказал, не думаю, что и со всем остальным тут дела обстоят намного лучше. Щиты, орудийные башни — все, по-видимому, настроено не лучше, а, скорее всего, так же, как и как и сама эта лоханка. Все оборудование, установленное на этот корабль, устаревшее. Да еще и этот криво увеличенный и не скомпенсированный должным образом трюм, который рано или поздно обязательно вобьет последний ржавый гвоздь в крышку этого гроба. — И я похлопал рукой по стенке корабля, которая была ближе ко мне.
На девушку было страшно смотреть. По мере моего рассказа лицо ее прошло через всю палитру цветов. Начиная от темно-бордового, до такой степени она была в бешенстве. И до мертвецки бледного, растерянного и ничего не понимающего, того выражения, с который она сейчас смотрела на меня. При этом ее глаза сужены, губы сжаты в одну тонкую полосу, ноздри расширены. Руки так крепко ухватились за рукояти бластеров и десантного ножа, что костяшки пальцев на них побелели.
Я же, будто не замечая всего этого, еще раз обвел взглядом вокруг себя и спокойно закончил.
— Так как ты думаешь, что мне тут могло понравиться, кроме тебя самой?
И развернувшись, направился к выходу. Не знаю. Инстинкты меня погнали, или чувство самосохранения, но я решил держаться от этой бомбы замедленного действия, которая внезапно обрела уже зажженный фитиль, подальше. "Самое главное, это умение вовремя сделать ноги", — посмотрев на девушку, подумал я. Ведь я видел бешеный взгляд креатки, и пока она не остынет, решил, что мне ей лучше на глаза пока не попадаться. Поэтому я все так же спокойно и неторопливо, как только закрылась за моей спиной дверь капитанской рубки, буквально за две секунды, сверкая пятками, дошел до шлюза, ведущего наружу, из корабля, прошел его и начал спускаться по трапу вниз.