Выстрел. Еще и еще. Когда сетка уже практически достигла меня.
Последний выстрел делаю в упор, направив дуло бластера на летящее необычное переплетение деталей.
Оно разлетается.
«Черт», — очень жжет.
Непроизвольно потрогал рассеченную щеку. На руке кровь.
Несколько деталей все-таки достали до меня, но это так, инерция, к тому моменту я сжег все основные участки, в которых чувствовал хоть какие-то эмоции.
«Понятно, выбивать нужно именно те участки, в которых я ощущаю хоть какое-то присутствие этой странной жизни».
И быстро разворачиваюсь в сторону отстреливающихся парней.
«Ну, ни черта себе», — пораженно смотрю я.
И как это я посчитал этих дроидов совершенно безопасными, даже не знаю. Были ли они такими изначально, или приобрели такое свойство, подвергшись какому-то непонятному воздействию, но теперь дроиды могли менять свою форму и создавать, вернее, формировать из нее любые связанные с ними предметы.
Гаал уже был ранен в руку, его помощник лежал у стены с окровавленной грудью, остальные были пока целы, но это лишь потому, что они вовремя успели отскочить за какой-то ящик, не позволяя дроидам приблизиться к себе.
«Хорошо, что вы так скучковались».
И я начал комментировать.
— Первый. Правый верхний угол и середина туловища.
И сам, собственным примером показал, что необходимо делать.
Выстрел, а потом второй.
Троглодиты сразу догадались, о чем я сейчас говорю, и тоже открыли огонь по тому дроиду, которого я выбрал первой целью.
— Добить по вашей стороне нижней ходовой платформы, мне ее не видно. Бейте ближе к левому краю.
Дроид обычной болванкой падает вниз. Зато два вторых обращают на меня внимание.
— Второй. Верхняя задняя полусфера.
Это была единственная видимая им часть.
Я же выстрелил по тем зонам, что находились с моей стороны.
«Черт, третий уже рядом со мной», — только подумал я и еле успел выставить бластер, сдерживая удар.
Выпускаю его из рук, сам отлетая на несколько шагов назад.
— Задняя полусфера и правый край, давайте. — При этом быстро перекатываюсь и выхватываю два десантных ножа, которые с недавнего времени, постоянно ношу с собой.
Прямо мне в лицо летит острое тонкое лезвие, мгновенно выросшее из туловища дроида. Отбиваю и еле успеваю уклониться еще от одного подобного снаряда.
— Еще раз по правой стороне, — кричу я, отбивая новый выпад дроида.
Тактика вполне понятна. Мгновенная материализация колюще-режущих предметов, двигающихся по любому направлению.
Отскакиваю назад и обоими клинками блокирую следующий удар.
Вот, удобный угол обстрела.
— Верхняя полусфера.
За этот свой выкрик я поплатился. Косой режущий удар пришелся мне по руке. Благо повезло и попал он в нарукавник, где у меня хранился кое-какой инструмент.
Но удар завертел меня и отбросил назад.
«Все», — подумал я.
Однако парни сработали очень оперативно, и вместо очередного удара меня настиг грохот свалившегося тела.
Поворачиваю голову. На полу валяется дроид.
— Кажется, выжили, — проворчал кто-то из троглодитов.
— Нет, — покачал головой я, поднимаясь с пола и придерживая ноющую руку, — теперь предстоит самое сложное. — И мрачно поглядел на раненых бригадира и его помощника. — Забирайте их. Придется валить с корабля. Но сначала у меня есть еще кое-какое дело.
Парни дружно кивнули мне в ответ. И мы вышли со склада.
Хорошо, что он находится в этом дальнем углу и тут никто не обнаружит наши потрепанные тушки.
Но теперь мне надо зайти в исследовательский отдел… Сказать свое последнее «прощай».
На следующий день. Средняя палуба.
Сектор Исследовательского отдела
линкора «Возмездие»
— Регистрирую сброс основной модели, — раздался встревоженный голос одной из сотрудниц профессора. — Полное перестроение. Десятый уровень изменений. Нет, это что-то новое. Меняются основополагающие принципы построения модели.
— Да, тарк подери этого уродца, что он опять там творит? — сквозь зубы выругался Крена. И бросился к своему рабочему месту.
Новая модель кардинально отличалась от всего ранее виденного ими. И хоть он никогда не вдавался в подробности и детали, но даже он понял, насколько она не соответствует ранее созданным структурам.
— Что это? — спросил удивленно Крена у своего помощника.
Тот пораженно посмотрел на него и так же пораженно ответил:
— Это прорыв. — И начал что-то быстро просчитывать на своем искине. А потом поднял совершенно изумленные глаза от находящегося перед ним экрана и посмотрел на профессора.