— Да, — кивнул парень, — но только ни у кого из нас нет доступа к консоли связи. Слишком низкий у нас допуск.
— Плохо, — посмотрел я на него, — а тех, у кого он есть, я так понимаю, сейчас тут нет и все они там, — и я ткнул пальцем вверх, — на станции.
Молодой астронавигатор подтвердил мое предположение, кивнул головой.
— Плохо. Очень плохо, — пробормотал я, — снаружи враги. Выбраться и добраться до основной базы и командного пункта, я предполагаю, мы не успеем. Я точно видел то, что какие-то монстры уже проникли на территорию базы. Таким образом, рано или поздно они появятся тут. Но вот когда, нам не известно.
— А почему им интересны именно мы? — спросил профессор.
Я посмотрел на него в ответ и жёстко произнес:
— Мы с вами им не нужны. Им нужен прелат. А куда и зачем он прилетел?
— С инспекцией, — практически мгновенно ответил мне профессор, — и забрать пленников.
— Вот, — кивнул я, — а где эти самые пленники?
— Тут, — пожав плечами, как само собой разумеющееся, ответил один из охранников, — на третьем уровне.
— Так где, в конечном итоге, должен появиться прелат? У кого не будет возможности сообщить о своем захвате? Кто не может покинуть пределов своего строения, если произойдет нападение на базу?
— У нас, — пораженно и обреченно прошептал профессор.
— И есть еще один момент, — решил подлить я масла в огонь; эта мысль пришла мне в голову только что, но почему бы ее не озвучить, — а как противники узнали об особенностях работы вашего объекта и о том, что все ваше руководство сегодня будет на станции? Как они смогли так вовремя выбрать время, чтобы напасть на нас?
Профессор стоял и молча хлопал глазами.
Я же, глядя ему прямо в глаза, процедил сквозь зубы:
— У вас тут завелась крынса[4].
— Предатель, — прошелестело в толпе.
И люди начали переглядываться, с подозрением смотря друг на друга.
— Мне кажется, — сказал я им всем, — что теперь вы прочувствовали ту жопу, в которой мы с вами оказались?
— Да, — очень тихо произнёс профессор.
Все замолчали. Если бы я хотел узнать, что такое гробовая тишина, то вспомнил бы именно этот миг. Но его разорвал слабый голос из толпы.
— И что нам теперь делать? — задал мне вопрос тот самый молодой парень.
М-да, как же легко манипулировать людьми, если им окончательно промыли мозги и они просто-напросто, забыли, что это значит — думать собственной головой.
Я сделал вид, что задумался, а потом, подождав секунд тридцать, проговорил:
— Придется готовиться к обороне этого объекта.
— Что? — удивленно смотрит на меня профессор. — К обороне?.. Но у нас нет боевого опыта, что мы сможем сделать?
Посмотрев на него, я решил, что излишний пафос будет тут вполне уместен, и поэтому сказал:
— Умереть во славу Империи, императора и прелата, а также доказать свою преданность.
Но потом, заметив их испуганные лица и готовность впасть в панику, решил немного сбавить накал.
— А они? — и я показываю на охранников. — Они-то на что? Правда, оружия у нас, как я вижу, маловато.
И я пожимаю плечами, как бы говоря — «но что уж есть». Однако мне быстро отвечают:
— С оружием проблем не будет, тут есть склад вооружений. Однако у нас есть другая проблема…
И профессор посмотрел в сторону охраны.
— … с людьми, — закончил он. А потом добавил, глядя на них: — Это хорошие и преданные патриоты. Но я не уверен, что и у них есть этот самый боевой опыт, который нам так необходим сейчас. Они больше пригодны для содержания пленников и пассивного контроля базы.
— Еще хуже, — пробормотал я.
И тут мне в голову пришла идиотская идея, но коль тут натуральная, сплошная и беспросветная страна «идиотия», то может, именно ее здесь и стоит озвучить.
— А у ваших пленников этот опыт есть? — и я взглянул на охранников. — Это скажете? Это воины или так, обычный шлак?
— Что? — на меня посмотрели с изумлением. Да что там с изумлением, посмотрели как на полного дебила.
Однако у меня был свой ответ на этот их вопрос. И поэтому я ответил:
— Вы уж простите, но кто из вас предатель, мне не известно. И доверять я могу только себе. Информацию о том, что пребывает прелат, я получил только что. И о пленных узнал примерно тогда же. А вот прелату о них сообщил кто-то и сделал это заранее. И не удивлюсь, что это простая подстава. Ловушка, чтобы заманить сюда его преосвященство. А те, кто сейчас содержатся в вашей тюрьме, это вообще левые люди, которые ему совершенно не интересны. Просто первые попавшиеся, которых схватили и подсунули вам, чтобы привлечь его и одновременно отвлечь ваше внимание. Подумайте, ничего ли на это не указывает? — И я вопросительно посмотрел на тех, кто стоял сейчас напротив меня.