«Удачи».
«Спасибо, — мысленно ответил я, — она мне очень пригодится».
«Надеюсь, мы еще с тобой встретимся», — сказала она.
«Не хорони меня раньше времени, — усмехнулся я, идя по коридору, — и да, я тоже надеюсь на нашу следующую встречу».
Я вошёл в док.
Лететь на неизвестный корабль я должен был на небольшом спасательном суденышке, которое мне предложили сполоты.
Прелат уже сидел на заднем сиденье.
Полноватый невысокий человек, с холеным, капризным и каким-то противно лоснящимся лицом подленького человечка, который всегда готов ударить в спину.
И чем он нагонял такой ужас на окружающих? Что в нем такого?
Не знаю. И узнавать не хочу.
Видимо, он хотел что-то сказать мне. Но слушать его у меня не было никакого желания.
Он лично для меня не представлял никакого интереса. У меня были свои дела и свои проблемы, которые занимали меня, и отвлекаться на что-то постороннее я совершенно не собирался. Особенно на этого слизняка, вот идеальное для него сравнение.
А поэтому, даже особо не заморачиваясь, размахиваюсь и резким ударом вырубаю его. Пусть полежит. Так мне будет гораздо спокойнее.
Дредноут «Немезида»
— Проконсул, — офицер связи удивленно посмотрел на стоящего у экрана человека в темной сутане, — с одного из кораблей сполотов стартовала спасательная шлюпка, которая направляется в нашу сторону. Не вооружена. На борту два пассажира. Судя по биометрическим показателям, это два человека.
— Хм, — протянул тот, от кого стыла кровь даже у его подчиненных, — интересно. Они пытались выйти с нами на связь? — задал вопрос проконсул.
— Нет, — отрицательно помотал головой офицер, — просто летят в нашу сторону и все.
— Любопытно, — протянуло существо, чья жизнь уже давно должна была закончиться. Хоть он и высказал словесное выражение проявленного интереса, однако его голос при этом так и остался холодным и равнодушным, как сама смерть, которой он служил и которую олицетворял в своем лице.
— Не пытаются связаться, значит. И чего он добивается?
Было видно, что рассуждает этот человек сам с собой и ему не требуется чье-то участие. Однако об этом не знал тот самый офицер, который передал ему эту новость.
— Простите, проконсул, вы о чем?
Капюшон, из-под которого выглядывала тьма, спокойно развернулся в сторону посмевшего перебить ход мысли того, с кем боялся связываться даже сам император. Холодные глаза равнодушно посмотрел на заговорившего с ним.
Мелкая дрожь пробрала офицера под этим взглядом, противный липкий пот мгновенно выступил у него на лбу.
— Простите, — тихо прошептал он, попятившись назад, — я не хотел вас побеспокоить.
Однако ничего не произошло, проконсул лишь так же равнодушно смотрел на него.
— Не о чем, — наконец, ответил он, — а о ком.
И посмотрев на экран, где была выведена тактическая карта сектора и где к ним приближался небольшой кораблик, он произнес:
— Что же задумал тот мальчишка? — И посмотрев на офицера, спросил: — На борту точно нет никакого оружия?
— Так точно, — быстро отрапортовал тот, — там даже топлива залито ровно столько, чтобы долететь до нашего корабля, и все. Они даже этот кораблик не смогут использовать как бомбу. Там ничего нет. Тем более мы постоянно ведем его и можем уничтожить в любую секунду.
— Нет, — отрицательно помотал головой проконсул, — а вы уверены, что один из тех двоих — это не прелат. А мне пока он нужен живым.
— Простите, — произнес офицер, — я не подумал об этом.
— Все верно, — согласился с ним проконсул, — а он подумал. И поэтому их летит двое. Он понял, кто нам нужен, и он догадывается о том, что прелат нам нужен живым. А значит, мы не будем уничтожать ни этот спасательный кораблик, ни остальные суда. Ведь мы не знаем точно, на котором из них находится прелат. Мы можем только предполагать это…
И он опять замолчал.
— Они тянут время. Но зачем? Ведь как только эти двое попадут на наш корабль, я сразу смогу определить, прелат это или нет.
И он вновь посмотрел на офицера.
— Приготовиться. Торможение. Уничтожить их корабли сразу по моему приказу.
И проконсул посмотрел на уже приблизившийся к ним небольшой спасательный бот. Вот он швартуется.
— Тарк, — прошипел голос, и в нем появилась некоторая доля удивления, чему поразился даже сам говоривший, — а он не так глуп.
На визоре отображался док и два каких-то непонятных человека. Из-за сильных помех не удавалось разобрать, кто это.
Парень не пытался скрыть своего присутствия на дредноуте. Только вот он не хотел, чтобы поняли, кого он привез.