Так что в плане уровня собственной безопасности они ничем не хуже или не лучше самого Фронтира. Как смог ее обеспечить, с тем и будешь жить. Это системы анархии и свободной торговли всем, что можно только придумать. Именно в таких системах и располагались резиденции глав пиратских кланов. А они сами и их корабли были тут очень частыми, если не постоянными гостями. Ну и еще. Здесь бы нас уж точно не смогли отследить. В этом Корг был прав. Именно это и сказал креат секундой позже.
— Для нас, эта система хороша еще и тем, что здесь мы сможем легко затеряться.
И он был полностью прав, если не учитывать те системы, где вообще никто не появляется, на которые я обратил внимание при несколько преобразованном анализе навигационного справочника.
Между тем Корг продолжал говорить.
— К тому же, чтобы не привлекать особого внимания, нам придется заняться чем-то не вызывающим особых подозрении здесь в системе. Тут есть всего три категории людей, — и он начал перечислять: — Наемники. Торговцы. И пираты.
— Наемники, — спокойно констатировал Сержант, который тоже присутствовал тут. — Для работы в других сферах у нас нет ни опыта, ни связей, — и посмотрев на нашего капитана, он добавил: — Ни желания.
— Я тоже так подумал, — согласился с ним Корг, — но тут есть одна проблема.
И он указал на сидящею напротив него Лею.
— Ее тут сразу не воспримут всерьез, а времени для того, чтобы она сумела показать себя, у нас просто-напросто нет. Ведь нам нужно заявить о себе как о действующем отряде с уже устоявшейся командой, иерархией и структурой и, как следствие, уже признанным командиром. Которому только и останется каким-нибудь небольшим делом подтвердить свой статус. Лее же для этого потребуется не один и не два рейда, а ровно столько, сколько будет нужно всем остальным, чтобы признать ее. И сделать все это нужно будет, как только мы прибудем на станцию найма. Иначе нельзя. Все опять же упирается во время.
И креат посмотрел на слушающих его членов команды. Хотя, в основном, ему было интересно мнение действующего капитана. Я так вообще не обратил на эти слова внимания. Меня бы устроил любой вариант. Все присутствующие тут были вполне адекватными и главное опытными людьми. И Лея, похоже, считала примерно так же. Ведь в ответ девушка спокойно пожала плечами.
— Да нет проблем, — сказала она, глядя на Корга, — тогда нашим командиром будешь ты. Думаю, это не вызовет ни у кого никаких возражений.
Я же обратил внимание на другое. "К тому, — глядя на Лею, подумал я, — что она может является пилотом на нашем корабле, похоже, ни у кого из местных никаких претензии не будет. Видимо, женщины в наемных отрядах не такая уж и редкость. Ведь встречаются среди них и командиры отрядов. Только вот им для подтверждения своего статуса и своей силы необходимо чуть больше времени, чем всем остальным. А я-то, когда попал на корабль, думал о том, что тут полное равноправие полов. Теперь же вижу — глядите-ка, оказывается, так далеко не везде. У наемников всегда был свой особый взгляд на мир и на то, кто ты в нем". И я усмехнулся. "Ведь и правда, — подумал я. — Настоящий наемник должен глядеть на окружающих сквозь прицел своего бластера. Так он проживет чуть дольше. Придется и нам принять это за основное привило. Ведь местные наемники очень сильно отличаются от тех, с кем команде приходилось иметь дело на станции "Прана"".
Нравы тут гораздо проще, но от этого они и в разы жестче. Одно их право сильного чего стоит. Грохнули тебя, забили насмерть — ну что же, значит ты был очень сильно не прав и не фиг было лезть не в свое дело. Именно поэтому пираты чувствовали себя очень вольно как раз таки в этих секторах, даже больше чем в открытом космосе. Но, во-первых, это право сильного, когда тебя никто не ограничивает в применении силы и вооружении, которое есть в Содружестве… Хоть и какое-то слишком уж они странное. Не убил и при этом не нарушил правило десятикратного преимущества или ущерба, когда открытым нападением считается лишь десятикратное превышение сил противника, или ущерб, нанесенный больше чем на десять миллионов кредитов. "Вот черт, — оторопело подумал я, как только осознал последнюю свою мысль, — я же спер двести миллионов кредитов у пиратов! И перевел их на территорию Содружества".