— У меня есть для вас две новости, — сказал он. После чего, посмотрев в заинтересованные лица молодых офицеров, он продолжил. — Первая, это то, что формально этот корабль теперь никому не принадлежит. Пока на него кто-нибудь не заявит свой права. Но права на него кто-то может заявить лишь после того, как мы официально внесем данные о нем в реестр кораблей Содружества.
И он опять замолчал.
— Вторая новость? — спросил у него лейтенант.
Капитан посмотрел прямо на него.
— Если мы не сглупим, то можем неплохо навариться на этой сделке.
Молодые офицеры переглянулись между собой.
— И как? — тихо спросил у него один из них.
— Мы можем оформить его на себя и продать. Но для этого нам нужно отогнать это судно на любую нейтральную станцию, не принадлежащую Содружеству, и зарегистрировать его. А покупателя я найду даже на такое потрепанное корыто.
И капитан поглядел на будущих защитников Содружества.
— Так как? Вы в деле?
— По сколько мы получим? — спросил лейтенант, он, похоже, был более рассудителен и решителен, чем другие.
— Я примерно четыре тысячи кредитов, вы по паре тысяч, вся остальная команда по тысяче. — И капитан вопросительно посмотрел на них.
— Мы в деле, — согласился за всех абордажник.
По сути, тут не было никакого криминала или нарушения правовых норм. Это судно могли уже уничтожить или угнать. Так что формально, для Содружества его уже нет.
— Хорошо — кивнул капитан и хотел что-то приказать связисту, но тут его взгляд наткнулся на лежащий на столе кейс.
— Вот тарк! О нем-то я и забыл. — И его взгляд уперся в изображение медицинской капсул, в которой кто-то лежал. — Ничего не выйдет. Есть живой свидетель. И по закону Империи и Содружества, судно отходит в его собственность.
После этого капитан поднялся и начал что-то просматривать в тех материалах, что они собрали по этому делу.
— Нам нужны эти деньги? — напрямую спросил он.
Лейтенант сразу понял, к чему клонит капитан и отрицательно покачал головой.
— Не такой ценой…
Связист удивленно переводил взгляд с одного на другого. Он не понимал, о чем сейчас идет речь. Капитан нахмурился, но потом его лицо просветлело.
— А нам это и не нужно, — быстро сказал он и добавил: — Это же дикарь! И он не гражданин Содружества. Мы это проверили. Мы окажем ему помощь как беженцу или спасенному от пиратов не-гражданину Содружества и этим закроем все юридические тонкости.
— А ведь точно, — согласился с ним молодой боец, — как я сам не подумал об этом! Но что мы ему можем предложить? Ведь нам это нужно сделать тут и сейчас, не садясь ни на какие станции. Иначе в силу вступит закон о гражданстве.
— Предложить… — и вояка задумался.
Но тут подал голос связист, о котором все забыли.
— Мы можем установите ему нейросеть, высадить на любой станции, где он гарантированно сумеет найти работу, и дать небольшие подъемные.
— А ты уверен, что нейросеть ему подойдет? — спросил лейтенант абордажников. — Ведь нам не известно, для кого она предназначалась.
— Подойдет, — уверенно поддержал эту версию капитан, — она для него и предназначена. Я не удивлюсь, если нашего дикаря и выбирали специально под эту нейросеть.
Оба офицера с удивлением посмотрели на своего командира.
— Это стандартная схема, — пояснил он и, видя их непонимание, пробормотал: — Да чему же вас только в этой вашей академии учат!..
— Да уж точно не подобному, — проворчал в ответ лейтенант.
— Это точно, — поддержал его капитан и продолжил: — Значит, так. Если нужно найти кого-то на низкоквалифицированную точку, есть два пути. Выкупить раба, который согласится за свободу работать за гроши, или найти достаточно отсталого разумного, для которого это предел его способностей. Но в обоих случаях за найм придется платить деньги. А если это еще и выкуп раба у пиратов или агарцев, то еще и не маленькие. Но есть и еще один путь. Найти дешевую устаревшую нейросеть, — и капитан показал на стол, — и подобрать к ней идеально подходящего разумного на одном из отсталых миров. Потом просто или похитить его, или просто договориться с ним. Первый вариант проще. Стираем память, городим ему, что отбили его у тех же пиратов. И все, дело сделано. А сэкономленные деньги, это твой навар. И тут никто и никогда ничего не узнает. По идентификатору или генному коду этого бедолагу не вычислить, пираты затирают код или переписывают на какой-нибудь левый. Сам же ты этого новенького зарегистрируешь под своим, и если у него была когда-то запись в базе Содружества, то она просто-напросто затрется. Вот так все и происходит. И не только у них. Никто не хочет работать младшими техниками, мусорщиками или космическими крысами. А работа-то никуда не девается.