Не самый лучший расклад. У криминала обычно не так велик их боевой флот, а вот с пиратами связываться бы не хотелось. Но придется исходить из худшего, передо мной сидят главы двух пиратских кланов. То, что это два клана, а не один, я как-то понял сразу.
Слишком сильная чувствовалась власть в каждом из лидеров по отдельности, и при этом держались не они сами, а их люди больно уж настороженно по отношению друг к другу.
Смотрим дальше. Пора переходить к причинам.
И это четвертое. Что может заставить объединиться, возможно, временно, два пиратских клана, особенно со столь явно выраженными лидерами? И тут у меня так же всего одно предположение. Назревает война кланов. У этих двух есть третий противник. "Война. Война", — это слово начало биться в моем сознании. Черт… И я, мысленно удивившись, посмотрел на сидящих напротив меня людей.
"Неужели это те, о ком я подумал? Придется довериться своей интуиции", — вглядываюсь в их лица.
Ведь ни черта не понятно. Хоть бы какой-то намек… Но нет же. И по тому клану, что я обчистил, у меня не было никакой информации. А сейчас они дырку закрыли, да и не полезу я туда больше. Опасно. "А значит, сыграем-ка мы ва-банк!" — Сам себе сказал я и сам же себе ответил на это свое предложение: конечно, сыграем, да и выхода-то у меня теперь, похоже, другого нет, и игра эта должна быть очень тонкой и пройти на грани фола. А значит, мы пойдем по принципу: непробиваемая уверенность, сила, ну и как самый последний компонент, наглость.
Гляжу на них.
— Жизнь, знаете ли, дороже денег, — так же, как и аграф, гляди прямо тому в глаза, медленно выделяя каждое свое слово, отвечаю ему я. Нужно наглеть, того, что я сказал, мало. Ощущаю это на уровне инстинктов. Они должны поверить в то, чего нет.
Ведь за нашей спиной нет той силы, которую мне придется показать. Но мои собеседники, мои противники должны поверить в нее, увидеть, ощутить, почувствовать. Столкнуться с ней и увидеть там, то что они и захотят увидеть. Поэтому я буду лгать и играть словами. И буду крутиться как уж на сковородке или лягушка в кувшине с молоком.
"Давай, лягушонок, шевели посильнее лапами, взбивай молоко и выбирайся наружу, спасай наши жизни", — подбодрил себя я. Мне и самому нужна была вера в то, чего у меня нет. Но я поверил.
Тем более и отступать мне было особо некуда. Так что придется мне выжать из себя весь актерский талант, который у меня был.
Между тем мои слова произвели странное впечатление на всех.
Креат и аграф вновь переглянулись между собой, Сержант же наоборот, будто сообразив, что дело запахло керосином, подобрался и приготовился к бою. Не знаю, как это у меня вышло, но я мгновенно распознал его готовность. А вот наши противники, все еще были расслаблены.
Но это ненадолго. В этом я был уверен. Аграф же между тем молча посмотрел на меня, видимо, они о чем-то переговаривались через нейросеть с сидящим рядом с ним креатом, ну или еще кем-то невидимым мною, так как он неожиданно кивнул головой, а потом спросил, обращаясь ко мне:
— Мои аналитики были уверены в том, что вы согласитесь на изменение условий, тем более с дополнительным параграфом, внесенным в контракт и влияющим на его стоимость. В чем была наша ошибка?
Я усмехнулся и ответил, небрежно оглядывая зал.
— Два главы пиратских кланов, — начал говорить и ткнув своим предположением, как пальцем в небо, похоже, в цель, заметив, как дернулась щека креата, аграф вел себя гораздо более сдержанно и был более скуп на проявление эмоции.
Но мне хватило и того, что было уже заметно, а поэтому я продолжил.
— …Сидят сейчас напротив меня и спрашивают, в чем была ошибка аналитиков одного из них, в тот момент, когда они назначают встречу в секторе, который не посещался кораблями с момента его открытия. Вы видите, наша аналитическая служба тоже неплохо работает. Особенно в преддверии той войны, что вы собираетесь развязать. — И заметив, как дернулись теперь уже оба, я равнодушно так сказал: — Спокойнее, господа. И попридержите своих телохранителей. Не только тех, что сейчас так усиленно пытаются взять нас на мушку. Но и всех остальных. Иначе, отсюда живым не выйдет никто. — И я посмотрел сначала на одного, потом на другого.
"Смотри-ка, а действует методика психологического давления", — мысленно удивился я, воспользовавшись одним из приемов базы "эспер". Не знаю, как это выглядело со стороны, но у меня в сознании над головами каждого из сидящих напротив меня людей появился слабо заметный серебристый обруч, который постепенно начал сжиматься. И по мере того как он сжимался, ломалось сопротивление глав пиратов.