Пролог
Ты не была красивой. Но именно такой, какой я тебя и задумывал. Точной, сильной, мощной, насколько позволяла женская природа. У тебя были очень сильные руки. Которые с лёгкостью хрустели шейными позвонками неугодных тебе людей.
Люди прозвали тебя "Техногёрл".
Ты не знала о великой силе, заложенной в твою природу. Технической. Механической киберсиле.
Я создал тебя для борьбы с темным рыцарем, моим внебрачным сыном. Люди называли его "ОМЕН".
Он был продуктом темной материи, которая носила название "Чёрное Яблоко". Или "Блэк Эппл".
В моих снах ты часто являлась мне ещё до того, как появилась на свет. Маленькая, веснушчатая, наивная.
Когда ты родилась и мы ехали из госпиталя в пригороде Одессы, ты всю дорогу смеялась, хоть и была совсем крохой. Наверное таким и должен быть человек, рождённый победить зло.
Удивительно, что каждый, кто когда-либо с тобой соприкасался впоследствии скажет, что ты носила в себе чистую энергию солнца. Может из-за атомной батареи, которая заменяла тебе сердце, может из-за ясной и ослепительной улыбки, но ты и правда была солнечной на 100 %.
Правда та битва, которая тебе предстояла, когда ты станешь взрослой, была далеко не такой солнечной как твоя улыбка. ОМЕН был страшно опасен. В его арсенале были лицемерие, хитрость, коварство, тогда как в твоём лишь: добро, искренность и очарование.
Тебе предстояло биться добродетелью, ему ее отсутствием.
И я знал что он победит. Этот мир не для добрых людей, которых тяготит несправедливость. Этот мир для темных рыцарей, для тех, кто покупает и продает. Я не мог себя простить за то, что обрекаю тебя на гибель, обрекаю тебя на поражение, обрекаю на все это без права выбора. Просто потому что ты - моя дочь. Просто потому что никого кроме тебя, у меня нет и не могло быть. И никем кроме тебя, я сражаться не мог.
Мне нельзя было драться с тьмой. Я был всего лишь Абсолютом. А ты - ты была хрупкой, нежной и сильной одновременно. Уязвимой, яркой, циничной, когда дело касалось трудного выбора. Я боготворил тебя. Послав на смерть. Боготворил, и отпустил в этот мир без права выбора. Прости меня. Дочь. Твой папа, твой создатель. Архитектор Демьян Шаилов.
1
Отпусти!
Не отпущу!
Отпусти! - почти закричала Тона.
Другой мальчик из компании брата схватил ее за другую руку и начал ее выкручивать. - Иди к черту, дебил! - лицо Тоны исказилось маской отвращения.
Брат нагло ухмылялся.
Посмотрим, как ты на этот раз
выкрутишься, курица тупая! - Антон легонько пощекотал Тону, после чего, она несмотря на боль стала смеяться.
Антошка! Я сколько раз говорила
Мучай кого-нибудь другого! Мне ваши игры надоели! Они глупые, понимаешь?
Антон хмыкнул и выпустил ее руку.
Тона гневно посмотрела на Олега, друга брата, который все еще держал ее.
А он? - рявкнула она.
Антон деловито сложил руки в защитной позе, изображая то ли директора фирмы, то ли завуча их школы.
Ладно, отпусти ее Олег. На
сегодня с нее хватит.
Олег послушно разжал пальцы, маленькая Тона вырвалась и остановилась, глядя на брата.
И откуда в нем такой садист сидит?
Ты же в детстве был таким
хорошим мальчиком! Антошка!
Я и сейчас хороший. Просто я —
тренер личностного роста. Тебе надо закаляться, а то нежная, как принцесса. Фу.
Я — нежная как принцесса, а ты
— тиран. Одно не лучше другого.
Антон парировал:
— Может быть я и тиран. Зато я уже зарабатываю, а ты сидишь на шее у родителей!
— Но Мне 13, Антон!
— Малявка. - Антон сказал это и сплюнул на землю.
Тона поняла, что разговаривать больше не о чем, подобрала с земли рюкзак, и направилась в сторону выхода с территории. Баскетбольная площадка, на которой они находились, была ограждена со всех сторон, за исключением очень узкого входа.
Тона вышла с площадки, идя по улице, рассматривала деревья, небо было сплошь затянуто тучами, видимо собирался дождь.
Зайдя домой, Тона услышала голос отца:
— Ты уже дома, детка? - ее отец, по прозвищу «Архитектор», находился в кабинете, сидя у своего рабочего компьютера. Видимо он как раз закончил работать.
— Да, папа. Антоша с Олегом опять меня чуть не побили. - Тона демонстративно захныкала.
Папа нахмурился.
— Я уже говорил ему, чтобы они оставили тебя в покое.
— Знаю, папа. Но ты же знаешь Антошу! Ему все по боку. Он же ЗАРАБАТЫВАЕТ, - Тона перекривила последнее слово.
— Да, он у нас большой человек. Раздает листовки. Многого уже добился. - Папа закатил глаза и начал улыбаться.
— Ага — Тона захохотала детским звонким смехом, так, что их даже услышала мама.
С кухни послышался мамин голос: