– Даже не думай. – Раздался внезапно голос откуда-то снизу.
Ленар сразу нашел владельца голоса, им оказался маленький, пушистый, шарик с острыми ушами на макушке, с болотно зелёной шестью и большими глазами, а его конечности походили на птичьи лапки, увенчанные загнутыми коготками. Он меланхолично пыхал длиной трубкой.
– Так что мне прикажешь сидеть и ждать? Словно трусливый воробей, при виде кошки? – возмутится Ленар. Его взгляд пылал решимостью, ему стало обидно, что его считают слабаком и трусом.
– Ёх-Ёх, вот уж этот молодечий дух. Оно конечно восхищает, но также и бесит. Ты лучше башкой подумай, а не геройской задницей! – Нравоучительно заметил пушистик, его голос не был писклявым, а напротив будто принадлежал мудреному опытом старику.
– Но, Эхон, как же так. Я нужен Индире, чувствую, она куда то встряла. – Возмутился Ленар, он посмотрел в большие и мудрые глаза старика.
– Она сильная выкарабкается и не из таких передряг выбиралась. А вот ты запросто можешь попасть в лапы этих тварей. И тогда у хозяюшки совсем сил для борьбы не останется. Я могу защитить тебя только дома, на внешний мир моя власть не распространяется. – По-отцовски заметил Эхон.
Оглушительный грохот прогремел от чудовищного удара по двери, аж огонь в очаге вздрогнул от сквозняка, порождённого силой удара. Дверь устояла.
– Выходи трусишка, тогда твоя ведьмочка останется жива! Ну же смелее, мы тебя не обидим. – Раздался ядовитый голос из-за двери.
Ленар ощутил, как холодок лизнул его затылок, волосы зашевелились. Они с хранителем дома переглянулись.
Ленар, сжал с силой рукоять оружия, он неотрывно смотрел на дверь.
Грохот повторился, аж штукатурка с потолка посыпалась, дверь выстояла, потом удары перешли на окна, но и они не поддались. Из-за двери раздались ругательства, а потом голос Индиры жалобно позвал, парень рефлекторно дернулся, к двери, тотчас пришел в себя и только враждебно оскалился.
– Хозяин дома, отдавай смертного, и мы оставим целой твою обитель. – Более вежливым тоном раздалось из-за двери.
– Там недалеко деревня, пойти, выбери любого смертного, а этого не дам. – Отозвался Эхон, выпуская клубы дыма.
– И точно! Пойдем ка мы громить деревню, учти, сопляк, все те погубленные жизни будут на твоей совести! – ехидно заметил чужак.
Ленар недовольно сверкнул колким взглядом на старика, тот пожал плечами, мол, а мне какое дело до чужих людей я только своих стеречь обязан.
– Нет! Там же Настя живёт. Нельзя допустить, чтобы они отправились бесчинствовать в село. – Возмутился Ленар.
– А что поделать, всегда приходиться чем то жертвовать. Ты скоро привыкнешь к этому. А я предупреждал, что бы ты не помогал той малявке, как знал что ты привяжешься к ней. – Проворчал Эхон, возмущенно выпуская клубы дыма из трубки.
– Пожалуйста, дедушка, помоги, я не могу допустить, что бы Настя погибла. – Взмолился Ленар.
– Ёх-ёх, что же за напасть! Ты понимаешь, что однажды твоя доброта тебе боком выйдет? Ох, уж этот твой трогательный кошачий взгляд...ладно говори свой план. Будем что-то думать. – Ворчливо проговорил Эхон.
Дверь медленно, словно нехотя отворилась и в дом грациозно вплыли трое, со стороны могло показаться, что они плывут над полом.
– Правильное решение, старик. – Одобрила главная в троице. Как оказалось в дом ломились девушки, если бы не плащи, то они бы казались вполне хрупкими, изящными.
– А что было делать? Вы бы мне дом разнести, а мне потом отстраивай. – Проворчал возмущено Эхон.
Главная в торице изящным движением снята капюшон и обворожительно улыбнулась. Перед Эхоном предстала высокая, стройная девушка лет восемнадцати от роду (если судить на вид, но на самом деле, судя по взгляду ей куда больше). Ее рыжие волосы струились роскошным водопадом, окаймляя идеальное фарфоровое лицо, словно у искусно сделанной куколки. Алые губы растянулись в улыбке.
Ее товарки были не менее прекрасны, одна платиновая блондинка, другая жгучая брюнетка. Но вот глаза выдавали в них чудовищ.